Рафаэль откашлялся. Уперев руки в бока, отвернулся от Стаса. Он так и стоял к нему боком, чувствуя, как стилист прожигает его взглядом. Выпрямился и проговорил тихо:
– Я буду тебе очень благодарен, если ты дашь мне спокойно закончить работу.
Дернув ручку, он распахнул дверь квартиры, впустив в коридор сквозняк и шум с лестничной клетки.
– С-сволочь, – процедил Стас, проходя мимо него.
С силой захлопнул за собой дверь.
Рафаэль вздрогнул. В груди клокотало.
Заперев дверь, вернулся к компьютеру, вывел его из режима сна – на него по-прежнему смотрела Карина, то самое фото у сгоревшей часовни. Свернув вкладку, посмотрел на подготовленный портрет изящной до немощности девушки на фоне обгоревшей часовни.
Побарабанив пальцами по столешнице, прошептал:
– Прости, Зои, – и нажал кнопку «отправить» на уже подготовленном к отправке письме.
– Ты в своем уме? – Макс решил, что ему почудилось: только что Пашка предложил собрать оперативные данные с помощью Аделии. Иными словами, подослать ее в поселение этих фанатиков, чтобы она посмотрела, как там что устроено изнутри, проверила основные версии расследования. И все оперативные данные сообщила Громову.
Тот кивнул:
– Я? Абсолютно. Не понимаю, что тебя так сильно возбудило? Ты что, без своей Ады недельку не проживешь? – Он кивнул на пустые тарелки: – Вот, с хозяйством, считай, справляешься.
– Ты дурак? Или удачно притворяешься? – Макс по-прежнему изучал друга, борясь с желанием схватить его за шкирку и встряхнуть хорошенько, чтобы дурные идеи больше не прокрадывались в голову. – Ты только что сообщил, что в ските попахивает основательно криминалом, что оттуда люди исчезают, и предлагаешь моей девушке внедриться в преступную группировку… С ума сошел? Я против…
Павел фыркнул:
– Она приедет туда как паломница, в домике поживет на полном гособеспечении, к местным послушницам приглядится, если что-то заметит подозрительное, расскажет. Может, и Карину твою увидит и переубедит ее… Это ты со своей топорной методикой старшего брата не смог, а она у тебя тонкая натура, психолог. И Карина ей доверяет и прекрасно относится, как мне показалось при нашей последней встрече…
– При вашей последней встрече Карина чуть в обморок не упала со страха…
– Но, заметь, на руки Аделии твоей. – Громов поднял вверх указательный палец. – А у нас хоть какие-то ниточки появятся, за которые дергать, чтобы людей найти.
Макс понимал, что Пашка все давно продумал. Еще утром, когда узнал, что Макс едет в Смоленск. За этот день он подготовился, собрал данные и придумал эту «блестящую» схему с внедрением. Словно в подтверждение его мыслей, Громов потянулся к буфету, достал из верхней выдвижной полочки притаившуюся поверх кухонных полотенец и салфеток черную пластиковую папку. Раскрыв, положил перед Максом.
Капитан нахмурился:
– Что это?
– Не что, а кто, – Павел перелистывал черно-белые распечатки, – это пропавшие девушки, женщины. Вот эта, Татьяна Богора́дова, – он задержался взглядом на фото красавицы с русыми волосами: – должна была замуж выйти прошлым летом. Обеспеченный парень, работа хорошая, маркетолог… Ушла из дома. Не вернулась. В середине августа звонила отцу, в слезах. Сказала, что где-то под Выборгом, в частном доме, ей что-то колют. Упоминала, что оказалась там после скита. Просила забрать…
– То есть так и сказала?
– Да. Это прозвучало. Отец находится в состоянии тяжбы с партнером по бизнесу, поэтому записывал все разговоры, есть такая функция в сотовых. И этот разговор тоже записал.
– И что?
– И ничего. Связь разорвалась. Прочесали с коллегами под Выборгом все известные притоны. Чисто. Проверили скит этот, следственная группа едва ли по бревнышку не перебрала это поселение, следов Татьяны нет, ее никто не опознал, имя такое в списках постояльцев не значится. На допросе, после того, как представили фрагмент записи разговора с Татьяной, где она упоминает Макошин скит, Ефросинья подтвердила, что девушка у них была, но уехала в начале августа.
– И что, так до сих пор не нашли?
Павел откашлялся:
