Дыхание у меня перехватывало в предчувствии этого момента, первого зрительного контакта.
Я всю неделю старался о Зотове не думать. От самых мыслей стыд пробирал! Он же из другого мира, мы-то и познакомились случайно, из-за того, что он оказался родственником Мирослава. Если бы у нас с Зотовым что-то произошло, я бы не смог смотреть в глаза ни Богдану, ни Мирославу, ни себе самому, в конце концов.
Но все это перестало быть таким важным, когда Зотов посмотрел на меня…
Я пока не терял надежды обойтись двумя-тремя фразами, спросить у Зотова из вежливости, чего он задержался, и преспокойненько уехать. На деле же я медленно поднял руку, приветствуя его и надеясь, что он хотя бы вспомнит меня. Вот была бы история двухдневной несчастной любви, если бы Зотов подошел ко мне с вопросом: «Мы знакомы или вы что-то хотите?» Но нет…
Он меня узнал.
Ухмыльнулся, повернулся в мою сторону и по-свойски положил руку на крышу автомобиля. Класс, спасибо. Теперь я не смогу дверцу со стороны водителя открыть, чтобы сбежать, без разрешения.
Кивнув самому себе, я направился к машине.
Надеюсь, что Богдану не приспичит посмотреть в окно.
– Какими судьбами? – натянуто сказал я, остановившись за добрый метр до Зотова. – Я думал, вы в Москве.
Наверное, так бывает: одновременно боишься человека перед собой и хочешь, чтобы он начал сдергивать с тебя одежду.
– С чего мне быть в Москве? Налаживаю общение с единственным сыном, ну и дела кое-какие решаю.
– Кое-какие?
– С бизнесом.
– А, ясно, – я уткнулся в свои кроссовки.
Какие такие дела могли быть у Зотова в нашем городе, если он приехал сюда впервые лет за десять? Уж чего-чего, а учтивой беседы о бизнесе я точно не ожидал. Неужели одному мне показалось, что между нами пробежала искра?
Не спорю, я много чего додумал.
Например, что Зотов интересовался парнями.
Одно время у него точно была любовница, так на свет и появился Мирослав, а шутка про «отсос» могла ничего не значить. Пока я маялся, какую тему для разговора придумать, Зотова отвлек здоровяк в черном костюме с микрофоном в ухе.
Видимо, из службы охраны.
Он спросил у Зотова что-то, дождался ответа и отошел с негромким: «Хорошо, Саша».
Простите, Саша?
«Саша» с образом Зотова никак не вязался, я привык называть его по фамилии, а в газетах его величали полным именем. Авторитетно так, как и полагалось, если речь заходила о человеке с такой властью. Сокращенная форма звучала как-то… интимно.
– Переговорим у тебя в машине?
– Что? – я уставился на Зотова в упор. – О чем?
Он только дернул плечом и, обходя мой автомобиль, бросил:
– Ты задаешь много вопросов. Просто сядь в авто.
Разблокировав заднюю дверцу, я после недолгих колебаний устроился рядом с ним, Зотов лукаво усмехнулся:
– Хотя, как по мне, это даже автомобилем назвать смешно. Зато ты определенно в моде.
– Экологично и безопасно. Проблемы? – возмутился я.
– Возможно. Но ничто не сравнится с ощущением, когда ты за рулем машины, нормальной такой машины, а под капотом рычит мотор. Рычит и вибрирует, как дикий необузданный зверь. Хочешь, прокачу на таком? – окинул он меня пристальным взглядом. – Или подарю новую.
К моим щекам поднялся знакомый жар.
В этом весь Зотов, он умел увести любой разговор, куда ему было нужно.
– Вы каждому встречному машины предлагаете?
– Знаешь же, что нет, – откинулся на спинку Зотов.
Руку он держал у подбородка, будто раздумывал о чем-то.
– Я умею читать людей, Кир. В моем дружелюбном мире, – он сделал паузу, – без этого никуда. Хочешь знать, что я думаю о тебе?
Я выдал первое, что пришло на ум:
– Вы обо мне думали?
– И немало.
– А я о вас вообще не думал, – вздернул подбородок.
Зотов и глазом не моргнул.
Он достал телефон и уставился в экран. Нахмурился, мотнул головой и упрятал смартфон обратно в пальто. Сколько же дел ждали его решения, его внимания, его подписи или кивка? Неожиданная гордость просочилась ко мне в голову – дела он отложил ради меня.
– Хочу тебе кое-что предложить. Работу.
– Какого рода?
– Поехали в Москву, хотя бы на пару месяцев. Твоей карьере это обязательно пойдет на пользу.
– И зачем вам это?
Я старался выглядеть невозмутимо, хотя слова Зотова напрочь лишили меня спокойствия.
Вот так мысленно прощаешься с человеком, думаешь, что вскоре он станет лишь одним из воспоминаний, и… На тебе. Предложение, от которого невозможно отказаться. Вот это – оно, даже если знаешь, что отказаться необходимо ради собственной безопасности.
– Буду приходить к тебе в постель по ночам, красавчик.
Долгих пять секунд он молчал, пялился и молчал, пока у меня чуть короткое замыкание не случилось от желания поцеловать его и гордо вышвырнуть из автомобиля (именно в такой последовательности). Моргая чаще, чем требовала ситуация, я так ни черта и не предпринял, зато громко начал возмущаться:
– Как вы…
– Да расслабься, шучу.
– Тупая шутка. В КВН вам точно ничего не светит.
Он рассмеялся, положив руку мне на плечо.
