«Опять ты за свое, – сказал Брэнд. – Я ведь рассказывал тебе об архипелаге в Швеции и бледнолицых девушках?»
«Да», – ответил я.
«Там был мой дом, – сказал он. – А эти девушки были моими сестрами».
«Были?» – переспросил я.
«Возможно, они до сих пор живы, – ответил Брэнд. – Но если ты расскажешь о них консерваторам, я тебя убью. Понятно?»
Без улыбки лицо Брэнда полностью менялось. Он смотрел на тебя, и его лицо словно превращалось в камень, а глаза – в два немигающих ледяных огонька.
«Да, – сказал я. – Если ты рассказал о консерваторах правду, я понимаю, почему ты хочешь скрыть от них информацию о сестрах».
«И ты понимаешь, что я не шучу?» – спросил Брэнд.
«Я не знаю», – ответил я.
На его лбу появились морщины.
«Что?» – переспросил он.
«Ты действительно хороший лжец, – сказал я. – Ты знаешь, как получить желаемое с помощью историй. Угрозы – отличный способ заставить меня поверить тебе».
Выражение лица Брэнда стало гораздо более серьезным, холодным и суровым, а потом белоснежная улыбка снова разрезала его ярко-рыжую бороду. Он запрокинул голову и расхохотался.
«Гриз, – выдавил он и толкнул меня в плечо, выражая странную симпатию. – Гриз, ты мне нравишься. Очень нравишься. Ты всего лишь ребенок, но ты не глупец».
«Я не ребенок», – сказал я.
«Ты станешь мужчиной, когда у тебя появится борода, – ответил Брэнд. – Нет ничего плохого в том, чтобы быть ребенком».
«Ты прав, – ответил я. – Но у меня никогда не будет бороды».
«Будет, позже», – возразил он и снова толкнул меня в плечо.
«Никогда, – повторил я. – И если ты снова толкнешь меня, я тоже толкну тебя и не в плечо».
«Я не хотел тебя обидеть», – произнес Брэнд.
«Я знаю, – ответил я. – Но для хитрого человека ты слишком глуп».
«Глуп?» – переспросил он.
«Так же глуп, как я, – сказал я. – Я поверил тебе, потому что ты рассказал красивую историю и привез подарки вроде мармелада. Ты поверил тому, что видишь, потому что тебе так сказали».
Брэнд замер и пристально уставился на меня.
Затем он осел на койку, словно у него подкосились ноги.
«Я глуп, – сказал он. – И, возможно, слеп. Не увидел того, что было перед носом…»
«Верно», – согласился я.
«Ты…» – начал он.
«Да, – сказал я. –
Брэнд резко выдохнул и уставился на свои ботинки. Словно ему неожиданно стало некомфортно смотреть на меня.
«Что ж, – ответил он. – Это не хорошо. Не здесь. Не сейчас».
«Да, – сказала я. – Я знаю».
«Зачем ты сказала мне? – спросил Брэнд после долгого и усердного изучения своей обуви. – Ты ведь знаешь, как им нужны девочки».
«Производители», – сказала я.
Возможно, это была лишь игра теней, но мне показалось, что он вздрогнул.
«Ты бы все равно узнал во время осмотра», – сказала я.
«Зачем ты сказала мне это сейчас?» – спросил Брэнд. Почему-то он злился.
«Потому что я хочу предложить тебе сделку, – заявила я. – Ты ведь торговец, верно?»
«Гриз, – сказал Брэнд. – Эти люди, они…»
«Я знаю, зачем им нужны производители, – перебила его я. Вряд ли Брэнд заметил надрыв в моем голосе. – До сих пор ты считал меня ребенком, потому что у меня нет бороды. Я старше, чем ты думаешь».
Брэнд кивнул. Я никогда не видела, чтобы лицо человека разделялось на части. Одна половина его лица была изумленной, а другая половина выглядела так, словно Брэнд мечтал оказаться где угодно, только не здесь.
«Я хочу предложить тебе сделку», – повторила я.
«Гриз, что бы ты ни предложила, они отнимут это», – сказал Брэнд.
«Вот мои условия, – продолжила я. – Они узнают, что я девушка. Они все равно оставят меня здесь, чтобы проверить, нет ли у меня
«Ла чего?» – переспросил Брэнд.
«Чумы, – быстро ответила я, пока он не начал задавать вопросы, которые могли привести к Джон Дарк. – Как только мой карантин закончится, они сделают меня производителем, верно?»
«Да, – ответил он. – Мне жаль».
Брэнд выглядел таким подавленным, что мне хотелось верить ему. Ему это почти удалось.
«Ничего не поделать, – продолжила я. – Это все равно произойдет».
И снова Брэнд не заметил дрожи в моем голосе.
«Вот мое предложение, – сказала я. – Когда меня выпустят из карантина, ты похитишь меня и отвезешь домой».
Брэнд уставился на меня.
«Ты считаешь меня хорошим человеком», – сказал он.
«Да, – согласилась я. – Я верю, что ты лучше, чем ты думаешь».
Я переняла несколько навыков, слушая его. Немного доброты, чтобы разрядить обстановку. Нет никакого вреда в том, чтобы восстановить его веру в себя.
«Но я рассчитываю не на это, – сказала я. – Мое предложение превосходит любую вещь, которую могут предложить консерваторы».
«Например?» – спросил Брэнд.
«Есть еще кое-что, чего ты не знаешь обо мне, – сказала я, – дотронувшись до воротника своей рубашки. О моей семье».
Я вытащила ключ.
«Ты знаешь, что он означает?» – спросила я, показывая ему символ на подвеске.
Брэнд наклонился вперед и уставился на подвеску.
«Бесконечность», – ответил он. И в этот момент я поняла, что восьмерка на самом деле была знаком бесконечности.
«Откуда ты знаешь?» – спросила я.
