Проблема в том, что между нами по-прежнему сохранялась некоторая неловкость. Я чувствовал, дедушка знает: со мной что-то происходит, но я не рассказываю ему об этом. В последние недели я то и дело ловил на себе его тревожный взгляд. Тревожный и немного обиженный, если честно. Но я не мог ничего изменить сейчас, когда моя голова забита Лиамом и его возможными планами.
Я нашел дедушку у садового домика, он разговаривал с банкой варенья. Дед кивнул мне и наклонил банку, чтобы показать, что внутри. Она была полна божьих коровок.
– Просто болтаю со своим войском, – сказал он. – Так, вы все, повеселее. Точечка, Алая, Мошка, Миссис Горошек. Я на вас полагаюсь.
Дедушка подмигнул мне и высадил последний батальон жуков в сад.
– Надеюсь, эта свора решит проблемы с бобовыми стеблями, – сказал он. – Может, у меня и есть горстка гигантских стручков, но они не выглядят особо счастливыми. Тебе бы тоже не помешало быть повеселее, Шустрик, – твое драконье дерево, кажется, тоже захирело.
Я в ужасе подбежал к дереву. Дедушка не ошибся. Оно поникло еще сильнее. Некоторые побеги засохли, и хотя оставались один или два фрукта, их нельзя было назвать серьезным урожаем.
– Что с ним случилось? – скорее пискнул, чем спросил я.
– Возможно, стоит просто больше поливать его, эти экзотические деревья весьма темпераментны порой, – сказал дедушка.
От ужаса у меня живот скрутился, будто червяк в дедушкиной груше. Я ведь пытался уделять больше внимания дереву, как только заметил первые признаки увядания. А оно все еще страдает. Что, если тут есть
Со стороны забора донесся скрип тачки, я оглянулся и увидел Злоба, направляющегося к своему садовому домику. В его тележке, наполовину закрытой брезентом, лежала куча коробок. Увидев меня, сосед нахмурился и повел тележку одной рукой, другой натягивая брезент до конца, чтобы спрятать содержимое. Я смотрел, как он с трудом тащит груз по неровной дороге. Наконец Злоб добрался до домика и принялся возиться с двойным замком на двери.
Я не мог не задуматься, что у него в коробках. И, главное, какую тайну он хранит в своем домике. Может, он ограбил банк и прячет там все деньги, или он – шпион и темными ночами рассылает секретные сообщения.
Прогуливаясь мимо забора, я делал вид, что снимаю с листьев гусениц, но волновал меня один Злоб.
– Томас, – позвал дедушка. Он покачал головой и нахмурил брови. – Ты сейчас нос в тех кустах потеряешь.
Я отступил на шаг, притворившись, что не подглядывал.
– Ты же не забирался в его сад снова, правда? – спросил дед, наградив меня строгим взглядом.
– Нет, конечно! Злоб что-то еще наговорил? – спросил я, переключаясь в режим защиты.
– Придержи-ка лошадей. Никто ничего не говорил. И кто такой «Злоб», хотелось бы знать?
Я смущенно кивнул в сторону забора.
Дедушка вздохнул. Я видел – он собирается, как всегда, заступиться за кого-то, даже если, на мой взгляд, этот кто-то не заслуживает защиты.
– Просто оставь его в покое, ладно? Бедняге Бобу в последнее время приходится несладко, как я слышал. Он не так давно потерял жену, а его единственный сын уехал в Австралию.
– Но это же не повод постоянно нападать на нас, правда? – воскликнул я, чувствуя, что в животе заизвивался еще один червяк, стоило мне произнести эти слова.
Конечно, мне было жалко его жену. Но представить Злоба с семьей в уютном доме я не мог. Слишком он колюч для такого.
Дедушка посмотрел на меня. Его брови, похожие на две пушистые серые гусеницы, скользнули на лоб. Я замер в боевой стойке, готовый продолжать спор здесь и сейчас.
– Просто оставь его в покое. Ладно, Томас?
В ответ я пробормотал, что не мы первые начали. Дедушка бросил на меня предостерегающий взгляд, снова сдвинув гусеницы бровей вниз.
Он обернулся к домику, а я увидел, как Блик пролетел между побегов в самое сердце драконьего дерева. Он вернулся через минуту, но я не успел заглянуть внутрь, потому что дедушка опять позвал меня.
– Давай-ка, Шустрик, заглянем еще разок в старую книгу, которую нашли, вдруг мы пропустили что-то важное о твоем дереве.
Я не хотел привлекать внимание к Блику, стремительно меняющему цвет, и поспешил к дедушке.
– Не хочешь заглянуть в пыльный уголок? – спросил он с легкой усмешкой.
– Что? – спросил я.
– Я уже убрал книгу, она где-то среди коробок.
Я пошел за ним в домик.
Дедушка показал на невысокую столешницу вдоль стены.
– Где-то там, позади, – сказал он.
