Никорд развернулся и пошел к дверям офиса. Каин не отставал.
Двери с грохотом распахнулись. Такое чувство, будто их открыли ногой. Офис казался пустым. Но Никорда не обманешь. Папа часто так уходил от ответа за содеянное, но сын его уже раскусил.
— Пап, вылазь из-под стола, — довольно громко произнес он, — и друга прихвати.
Сначала на поверхность выполз Васлав и сел в кресло. Это Каина ничуть не удивило. Затем выполз Русинов. Глаза Каина полезли из орбит. Он был готов придушить друга.
— Пап, что у тебя произошло?
В спешке они забыли убрать разбитое зеркало. Осколки сиротливо продолжали лежать на полу.
— Так вы ещё и бухаете!? — взгляд Никорда упал на початую бутылку коньяка. — Ну, пап, не ожидал.
Эти двое уже переместились вглубь офиса. Каин привалился к столу и, скрестив руки, молча наблюдал. Это обманчивая поза говорила о том, что он ещё даст о себе знать. Никорд же запрыгнул на стол, болтая ногами из стороны в сторону. Уж очень в своей манере он напоминал Каина пятнадцать лет назад.
— Никорд Каинович, Вы уже соизволили познакомиться с Каином Владимировичем? — наиграно вежливо спросил Русинов.
Никорд повернулся к Каину.
— С этим что ли? — кивнул он головой в сторону Белоключевского. — Да. Я ему десять минут назад машину расхерачил. Ну честно, — Никорд приложил руку к сердцу и наиграно продолжил, — я не специально.
— Да Вы, сударь, весь в отца, — засмеялся Русинов. Каину это нравилось всё меньше.
— Мне кто-нибудь объяснит, какого лешего здесь происходит, - взревел Белоключевский.
На этом месте, Васлав, наполовину сполз с кресла, и постарался стать невидимым.
«Раз Русинов начал, пусть и продолжает, флаг ему в руки и барабан на шею, горн в зубы. А я к этим тиграм в клетку не полезу. Они ещё, по-моему, не обедали… Русинов сгодится как корм. Его не жалко».
— Каин, познакомься, это твой сын.
— Что?! — стройный хор возмущенных голосов, прям как в армии, даже с одной интонацией - ГЕНЫ…
— О, позвольте, милейший, — начал Никорд, — этот… кхм… достопочтеннейший господин не может являться моим отцом. Мой отец был нищим и…
Дальше началось что-то невразумительное. Шум, гам, крики. Каин даже, по-моему, пытался отвесить сыну подзатыльник за оскорбление, но тот вовремя увернулся. Каин ещё пока не понял, что имеет дело с самим собой, только гораздо моложе.
— Хватит, — это уже не выдержали мои нервы, — всё, театр закончился. Ты, Никорд, сын Каина. Ты, Каин, отец Никорда. Закончили с приветствиями и выяснением родственных уз. Теперь ты, — я указал на Никорда, — почему ты не улетел? Пока ты думаешь над этим вопросом, твой отец скажет, что он тут забыл; мы с ним все вопросы ещё порешали пятнадцать лет назад. Ты, Русинов, отправляйся домой. Нам нужно поговорить дружной сплочённой семейкой Адамсов. Всё, — сказав это на одном дыхании, я плюхнулся назад в кресло.
— А я разве не семья? — сказал он голосом Карлсона, говорящего малышу: «А как же я? Чем я хуже собаки».
— Русинов… — прокричали мы все трое, — концерт по заявкам закончен.
Саша медленно продвинулся к двери.
— А ещё я хотел увидеть, как Каин будет портить интерьер твоего кабинета.
Бутылка с коньяком пролетела мимо, Александр Николаевич пригнулся.
— Эх, не жалуете вы меня. И, Никорд, не отбирай у отца хлеб, швыряться чем попало — его законная привилегия, патент зарегистрирован. — Ведь именно Никорд кинул бутылку; Каин подумал, что сын прочитал его мысли, так как рука прям-таки и тянулась к вышеупомянутому предмету. Но Никорд отличался меньшим терпением, чем старший альфа. Русинов закрыл дверь с обратной стороны.
— Никорд, что случилось? Почему ты не улетел? — взволновано спросил я.
— Папа, Алан пропал…
========== 3. ==========
***
— Пап, Алан пропал, — сын был в бешенстве. Мне оставалось только скатиться с кресла так, чтобы голова оказалась на уровне столешницы. — Когда ты последний раз был у него, о чём вы беседовали?
— Сын, да, я был у него. Мы познакомились… Ник, а может твой жених решил сбежать? Нашел более стоящего жениха…
«Да, да и ещё раз да. Можете меня осуждать. Но пропажа омежки— моих рук дело. А он сам виноват, что по-хорошему не захотел ехать в свой Мухосранск. Мне пришлось нанять парочку наркоманов и отправить безродную омежку отдыхать с нариками в местных подвалах. Мой сын достоин лучшего! Не стоит читать мне морали о том, что такое хорошо, что такое плохо. Это не я таким стал, это жизнь меня таким сделала!»
Никорд посмотрел на меня своим убийственным взглядом, и я мысленно пожелал себе заткнуться.
— Нет, он не мог так поступить. Я чувствую, с ним что-то случилось.
Никорд обвёл присутствующих обречённым взглядом.
— Извините, — подавлено произнёс он, — вы как-нибудь без меня утрясите семейный конфликт. Мне сейчас некогда, каждая минута дорога.
С этими словами он спрыгнул со стола и вышел за дверь.
Каин молча смотрел на меня.
— Давай разберёмся с тобой теперь, — сев нормально в кресло, я потер лоб, мигрень начала давать о себе знать. — Какого черта ты припёрся ко мне. Кажется, пятнадцать лет назад мы и так поставили все точки над i !
