Вечером того дня два современных мушкетера – Цзя Ли и Лу Чжишэн – спрятались в комнате Цзя Ли и позвонили Чэнь Инда. Тот вовсе не был из тех, кого легко облапошить, поэтому потягаться с ним казалось очень захватывающим приключением.
Зазвонил телефон, и они услышали голос товарища:
– Алло, это семья Чэнь. Кого позвать к телефону?
Цзя Ли ничего не ответил. Он задержал дыхание и опустил трубку. Лу Чжишэн давно уже включил малюсенький магнитофон марки Aiwa и поднес к трубке наушники, откуда доносилась речь с прекрасным американским акцентом.
– Вы учитель Ци? – в голосе Чэнь Инда послышалось почтение.
Лу Чжишэн сдвинул наушники, чтобы речь в них звучала на фоне, и тут раздался низкий голос Цзя Ли:
– Ты не готовишься к интеллектуальному конкурсу?
– No, это слишком скучно.
– No, no, хоть в изучении English и нужна последовательность, но очень важно пользоваться языком и на практике.
– Вы имеете в виду, что на конкурсе будут задания по английскому языку?
– Yes, – раздался эталонный бас точно в стиле учителя Ци.
– Yes! – сказал Чэнь Инда. – Спасибо, учитель. Я понял.
– No, не стоит благодарности! – каждое слово учителя Ци всегда было на вес золота.
Цзя Ли повесил трубку. Долгое время у двух кудесников было ощущение, что они попали в какой-то сон. И именно в эту минуту сестра Цзя Ли толкнула дверь и сказала:
– Опять вы тут скрытничаете! Зачем дверь закрывать, когда по телефону звоните?
Тут они опомнились и захохотали. Смеялись они просто безобразно, как сказала Цзя Мэй, совсем как пираты. Но им это сравнение так понравилось, что они засмеялись еще пуще, Цзя Мэй даже выбежала из комнаты.
На другой день не произошло ничего необычного. Чэнь Инда торопливо подбежал к Цзя Ли и спросил:
– На конкурс уже кого-то выбрали?
– Нет, – Цзя Ли окинул его взглядом, – ты ведь туда не хочешь.
– Тогда… тогда я пойду!
Лу Чжишэн непрестанно потирал свой нос, будто боялся, что у него вырвется смешок:
– Ты чего это передумал?
– Ну это. раз уж классу нужно.
Этот гений вдруг улыбнулся, да так естественно, что непонятно было, искренен он или лукавит.
– Спасибо! – холодно сказал Цзя Ли.
Он не стал ни о чем расспрашивать Чэнь Инда, потому что знал: тот ни в коем случае не выдаст учителя Ци. Такие люди, хоть их убивай, будут молчать – идеально подходят для подпольной работы. Цзя Ли спросил лишь одно:
– Ты не передумаешь опять?
– Сам понимаешь, слово джентльмена. – саркастически добавил Лу Чжишэн.
– Yes! – Чэнь Инда попал в хитроумно расставленные силки и в знак согласия хлопнул рукой по ладони товарища.
Цзя Ли передал в ученический союз список участников. Он знал, что и впрямь сделался боженькой! Вот только Лу Чжишэн немного беспокоился и непрестанно повторял:
– А вдруг он на учителя Ци наткнется.
Но тревожился он попусту. Все прошло весьма удачно, Чэнь Инда щелкал задания на интеллектуальном конкурсе как орешки и заработал для класса золотую медаль. Девочки всего класса стали смотреть на него другими глазами, как будто во всем мире остался один выдающийся юноша – Чэнь Инда. Потом эта волна поклонения докатилась и до параллельного класса и захлестнула всех девчонок, даже Цзя Мэй твердила на все лады:
– Чэнь Инда великолепен!
– Да ни черта! – негодовал Цзя Ли. – По-настоящему великолепен я, неизвестный герой!
– Неизвестный герой? Такие только в фильмах есть!
Что толку говорить с девчонками! Цзя Ли не мог раскрыть произошедшего, но надеялся, что Чэнь Инда не станет на него злиться, ведь на интеллектуальном конкурсе не было никаких заданий по английскому, к тому же на неделе Чэнь Инда несколько раз встречался с учителем Ци. Наверняка он уже проведал всю подноготную.
Но Чэнь Инда хранил молчание, отчего Цзя Ли даже немного затосковал. Несколько раз он хотел проводить Чэнь Инда домой, но тот тактично отказался. Очевидно, дружба трех мушкетеров сошла на нет.
Значит, нужно каждому идти своим путем! Цзя Ли махнул рукой.
Однако вскоре едва не потерпела крах и дружба между оставшимися двумя мушкетерами. Случилось это с Лу Чжишэном.
У него была первая группа крови. Он часто говорил, что вполне может стать героем. И правда, чувство долга ему было присуще, и этим стоило и похвастаться, но выставлять себя напоказ парень тоже любил – например, он мог ехать на велосипеде раскачиваясь, как пьяница, с закрытыми глазами. На самом же деле он все прекрасно осознавал, просто притворялся раскованным и думал, что со стороны смотрится красиво.
Самое страшное – он научился курить. Да не просто научился, а еще и пристрастился.
Цзя Ли узнал об этом первым, потому что однажды Лу Чжишэн вытащил из сумки пачку сигарет и протянул ему одну. Цзя Ли колебался, и Лу Чжишэн с важным видом заявил:
– Э, да чего мешкать-то? Все великие люди мира курили, Маркс там, Ленин, Бальзак.
Затем он зажег сигарету и с удовольствием затянулся, как будто одной ногой уже стоял в кругу великих людей.
– Где ты их купил? – Цзя Ли вертел в пальцах сигарету, не зная, как ею распорядиться.
– Купил? Да откуда же у меня столько денег! Пачку «Мальборо» продают аж за шесть юаней! Я всего пять-шесть пачек в месяц смогу себе позволить!
– Так ты их украл?
