- Прекрасно, выясняй. Но пока не выяснишь, не смотри на меня. Мы не трогаем друг друга, если у нас нет льда под ногами. Пока ты не будешь готов, чтобы рассекретиться, мы секретно закончены!
Каникулы на Рождество означают дополнительные тренировки, но я не против. На протяжении занятия с Игорем, выкрикивающем мне команды, я знаю, что делать. Вне льда? Детка, после шоу все так холодно. Я все испортил.
Я опускаю два пятифунтовых диска и откидываюсь на спину на лавке.
Регулирую захват, Крис страхует меня, и я отжимаюсь. Раз. Два. Три.
– Ты снова делаешь Новый Год в этом году?
Я колеблюсь и почти роняю штангу. Руки падают и единственное, что я могу делать, это удерживать диски от груди. Лицо натягивается от напряжения.
– Крис!
Он наконец-то помогает мне поднять штангу назад на стойку.
Я сажусь и растираю свои ноющие пекторальные мышцы.
– Черт, не спрашивай меня под руку.
Он только поднимает брови:
– Но ты ведь делаешь, правильно? Потому что все рассчитывают на это.
У меня сейчас много давящих проблем, чем Новый Год.
– Что ты приготовил для Кейт на Рождество?
- Ничего.
- Чувак, это не круто. Серьезно, что?
- Серьезно, еще ничего. Есть еще три дня для шопинга.
Я стараюсь не говорить раздраженно:
– Ну, а что планируешь подарить?
- Почему ты так интересуешься?
- Ээээ, изучаю.
Крис двигает бровями.
– Ну, поскольку она уже сидела на коленях у Санты и сказала мне, что хочет, возможно, я просто дам ей это.
Он повышает голос до девичьего, имитируя толчки бедрами туда сюда: – Детка, дай мне это, даа ооо дааа…
Я закрываю глаза руками, когда хоккейная команда с напыщенным видом проходят в раздевалку у Криса за спиной.
– Пойдем, было весело,- говорит Крис.
Я опускаю руки и киваю ему, указывая за его плечи. Он поворачивается, смотрит.
– Ох.
Курт останавливается, и толпа игроков останавливается вместе с ним. Воздух вдруг леденеет. Остальные игроки смотрят на него.
– Простите леди,- говорит он. – Не хотел прерывать вашу
Язвительный ответ у меня на языке, но я думаю о Мэд, размышляя о том, что вся ее жизнь – ложь. Я смотрю на Майка, стоящего позади Курта.
Майк не смотрит на меня. Я знаю его секрет.
Я никогда не говорил Курту, что Майк гей, но меня тошнит от секретов. Реально тошнит от секретов. Я оборачиваю руки вокруг плеч Криса.
– Не беспокойтесь, чем больше, тем веселее.
Крис скидывает меня.
– Извращенец, это уже слишком, - он распрямляет плечи и смотрит на Курта. – Вы ничего не прервали. Только мое впечатление от…
- Брось,- предупреждаю я.
-
При упоминании о его бывшей девушке, лицо Курта становится краснее, чем кирпичная стена позади него и он выглядит так, будто нет ничего лучшего, чем размазать нас вместе с Крисом об эту стену. Прямо сейчас. Позади него проходят шепотки «Кто такая Анита?» от новичков. Он держит руки, скрещенными на груди, когда мы проходим мимо.
Я направляюсь в раздевалку, но этот разговор еще не закончен.
***
После душа, мне удается поймать Кейт, выходящую из женской раздевалки.
– Кейт, привет. Что ты хочешь на Рождество?
Она резко останавливается и отпускает ручку сумки с коньками, которая с грохотом падает на пол.
– О боже мой, Крис попросил тебя спросить меня!?- она визжит, танцуя на носочках.
- Эм…
Кейт наверно не правильно поняла мою нерешительность, подумала, что Крис сказал мне узнать, а я просто не должен был говорить, что он меня попросил.
– Было бы классно, если бы он мне сделал что-то, знаешь, чтобы он вложил какие-то старания, а не купил что-то в последний момент!
Оки доки, сейчас я раскрутил нас с Крисом на поездку. Я мягко кладу руку ей на плечо, чтобы остановить ее верчения. У меня кружится голова от нее.
– Он ведь не очень рукодельный.
- Ладно, тогда что-то вроде плейлиста. Знаешь, то, что скажет мне, что он думает о нас.
- Супер, спасибо.
Я удаляюсь, до тех пор, пока не сделаю еще хуже и возвращаюсь обратно в раздевалку.
– Эй, Крис.
- Что?
- Я только что подслушал, как Кейт говорила о романтическом плейлисте. Ты должен сделать ей такой на Рождество.
Крис оживляется от этой идеи.
– Охренеть, это же дешево.
- Всегда пожалуйста,- говорю ему.
Одна проблема решена.
***
Днем в воскресение я еду в торговый центр. Видимо кто-то еще пропустил замечание Криса о том, что осталось еще три дня, потому что здесь больше народа, чем в Cappi's по вечерам пятниц.
Я смотрю на манекены в «Виктория Сикрет». Чем больше мне нравится видение Мэд в нижнем белье, тем определеннее вырисовывается ответ «нет». Здесь куча магазинов с одеждой, но мама наверно уже купила ей одежду.
Я захожу в «БэрнсНобэл» и ищу книги про фигурное катание в спортивном отделе. Небольшой выбор. Игра? Слишком по-дружески. Журнал? Есть ли у нее хотя бы один?
Я могу подарить ей еще одну шпионскую тетрадку, но я знаю, что она там пишет. Я не хочу смотреть на ее записи о одиночниках, где она сравнивает себя с ними. Я хочу, чтобы она была со мной.
Я ухожу из магазина и с угрюмым видом иду в деревню Санты. В ресторанном дворике покупаю гигантский синнабон. Пока откусываю кусок и жую, перебираю в голове идеи.