– В общем, так. Говорят, народу понравилась моя речь. Меня рады видеть в родном городе и все такое. – Он взял вилку, поковырял лазанью. – Все счастливы. Люди всегда счастливы, сбросив с себя груз вины белого человека. – Кивнув Заку, Джим продолжил: – Твою глупую выходку скоро станут расценивать как мелкое хулиганство, каковым она и являлась. К тому моменту, как Чарли доведет дело до суда, пройдут месяцы. Он знает, как грамотно тянуть время. Никто не захочет ворошить прошлое.
Сьюзан шумно выдохнула:
– Будем надеяться.
– Полагаю, эта манда, Диана Додж из прокуратуры штата, бросит попытки представить дело как нарушение гражданских прав. А даже если не бросит, ей все равно понадобится одобрение Дика Хартли, которого старый болван ей не даст. Это я сегодня ясно понял. Люди были рады меня видеть, и он не станет раскачивать лодку. Звучит напыщенно, сам знаю.
– Самую малость, – кивнул Боб, наливая вино в кофейную чашку.
– Я не хочу сесть в тюрьму, – промолвил Зак почти шепотом.
– Не сядешь. – Джим отодвинул от себя тарелку. – Если собираешься ночевать с нами, одевайся. Нам с Бобом завтра далеко ехать.
Уже в номере Джим спросил Зака:
– Что такое произошло с тобой в камере, пока ты ждал освобождения под залог?
Зак, который за эти выходные стал казаться Бобу все более и более нормальным, посмотрел на Джима со слегка ошарашенным видом.
– Ну, что… Я там сидел.
– Выкладывай.
– Камера была маленькая, не больше шкафа. Вся белая и железная. Даже сидел я на железе. А снаружи стояли охранники и все время на меня смотрели. Я у них спросил, где мама. А они ответили, что ждет снаружи. И больше со мной не разговаривали. Хотя я и не пытался.
– Тебя что-то напугало?
Зак кивнул. Вид у него и сейчас был напуганный.
– С тобой плохо обращались? Угрожали?
– Я просто боялся, – ответил Зак, по обыкновению пожимая плечами. – Очень, очень боялся. Я даже не знал, что у нас в городе есть такое место.
– Тюрьмы есть везде. С тобой еще кто-то сидел?
– Там только какой-то мужик матерился во все горло. Орал как псих. Но я его не видел. Охранники кричали ему: «Заткни хайло!»
– Его били?
– Не знаю. Я не видел.
– А тебя?
– Нет.
– Точно?
В голосе Джима вдруг зазвучала ярость защитника. Именно таким голосом он одернул парня, который обозвал Боба жирным идиотом. На лице Зака отразилось изумление и мимолетное выражение тоски, когда он понял: этот человек готов за него убить. Тот самый отец, о котором мечтает любой ребенок.
Боб встал и прошелся по комнате. Обуревавшие его чувства были невыносимы, и он сам не мог дать им определения.
– Дядя Джим о тебе позаботится. Он всегда обо всех заботится.
Зак посмотрел на одного своего дядю, на другого…
– Вы тоже обо мне заботитесь, дядя Боб, – произнес он наконец.
– Хороший ты человек. Честное слово. – Боб погладил племянника по голове. – Я ничего не сделал. Только приехал и разозлил твою маму.
– Мама часто злится, не берите в голову. Когда меня выпустили из камеры и я увидел вас с мамой, я тут же стал самым счастливым на свете.
– Боб тебя так осчастливил, что на другой день твоя улыбка до ушей попала во все газеты.
– Господи, Джим, да хватит уже!
– Может, телик посмотрим? – спросил Зак.
Джим бросил ему пульт.
– Ты, друг мой, должен устроиться на работу. Так что начинай думать, куда пойдешь. Кроме того, ты выберешь себе курсы, будешь учиться как следует, закончишь хорошо и поступишь в Центральный муниципальный колледж штата Мэн. Ты должен поставить перед собой цель. Так положено. Раз живешь в обществе, приноси обществу пользу.
Зак потупился, а Боб сказал:
– У тебя будет время, чтобы найти работу и встать на ноги. А пока отдохни. Мы в гостинице, представь, что это путешествие. Что за окнами у нас пляж, а не местная речка-вонючка.
– Река уже не воняет. – Джим повесил пальто. – Ее очистили, неужто не заметил? Ты правда отсталый, застрял в своих семидесятых.
– Ты у нас зато такой современный, а не в курсе, что называть людей отсталыми уже не принято. И Сьюзан туда же. Кошмар… Такое ощущение, что из нас всех я один окончил хотя бы начальную школу и живу в двадцать первом веке.
– А ты подай на меня жалобу, – буркнул Джим.
Зак уснул перед телевизором. Негромкий храп доносился через открытую дверь в соседнюю комнату, где Джим с Бобом сидели друг напротив друга на кроватях.
– Пусть Сьюзан порадуется, что опасность миновала. О том, кто надоумил Зака пойти на эту глупость, расскажем ей как-нибудь потом. Чарли Тиббеттса я поставил в известность, но он все равно строит защиту на отсутствии состава преступления. Зак не знал, что в том помещении мечеть и что для мусульман свинья – нечистое животное.
– Поверит ли суд? Если Зак не знал про свиней, почему же он кинул именно свиную голову, а не куриную, например?
