Донателло и Микеланджело ластились к Ядриэлю, слюнявя его джинсы и требуя, чтобы их погладили. Когда они с Марицей гуляли по городу после школы, София и Айзек обычно заставляли их брать с собой мальчиков. Гиганты прятали ранимую душу внутри, зато были внушительными снаружи – люди обходили их стороной, а то и вовсе перебегали через дорогу.
– Вы просто большие лапочки, да? – заворковал Ядриэль. – А Джулиан – просто большой
В ответ Джулиан нахмурился, но по-прежнему не двинулся с места.
Марица усмехнулась.
– Они тебя не укусят, даже если бы захотели, – заметил Ядриэль. – А кроме того, они не видят тебя. – Он встал, пока возбужденные собаки не сбили его с ног.
– Не видят? – Джулиан осторожно подошел ближе. Он на всякий случай махнул рукой перед мордой Донателло. Огромная собака принюхалась, но спустя мгновение продолжила лизать колено Ядриэля. – Почему кошка меня видит, а они – нет? – спросил он.
Ядриэль посмотрел на собак.
В возбужденном состоянии Микеланджело вилял так сильно, что шлепал себя по морде собственным хвостом. Донателло – тот, что покрупнее, – сидел на задних лапах, прикрыв глаза. Он пыхтел и радостно пускал слюни на Ядриэля.
–
Джулиан засмеялся, и его плечи расслабились, пока он не вернулся к привычному состоянию беззаботной непринужденности.
– Я возмущена твоими намеками, – фыркнула Марица, отталкивая Микеланджело бедром. – Папа спас их от какого-то подозрительного типа, пытавшегося продать их возле продуктового магазина в картонной коробке. Видишь их уши? – Она потерла большим пальцем небольшой кусок того, что осталось от правого уха Донателло. – Это бойцовское купирование. Питбулям укорачивают уши, когда готовят их к собачьим боям, – объяснила она, – чтобы их противникам было не за что уцепиться.
– По той же причине я стригусь как можно короче, – небрежно сказал Джулиан, взъерошивая темные волосы.
Ядриэль уставился на него. Он это серьезно? Он снова посмотрел на изогнутый шрам за ухом.
– Их собирались обучить поиску по запаху, чтобы отыскивать привязи, – сказал ему Ядриэль. – Но они не прошли проверку.
– Однако любить я их из-за этого не перестала, – проворковала Марица, целуя каждую огромную морду в макушку.
– Для команды Скуби-Ду нам не хватает только рыжей девчонки в сапогах по колено, – сказал Джулиан, довольный собой.
– То есть я
– Очевидно,
Марица усмехнулась, и они с головой погрузились в споры о том, кто из них больше подходит на роль Фреда.
Ядриэль покачал головой.
– Эй! – Они захлопнули рты и посмотрели на него только после того, как он щелкнул пальцами. – Так куда мы идем? Где ошиваются твои друзья?
– По-разному. – Джулиан на мгновение задумался. – Но если они решили залечь на дно… – Он осекся, словно ему не понравился ответ. Он слегка покачал головой. – У железнодорожных путей есть подземный переход, где мы обычно тусуемся; давайте сначала посмотрим там.
– Туда можно дойти пешком? – спросил Ядриэль. – С собаками нас в автобус не пустят.
– Да, конечно. У меня и моих ребят нет проездных и тому подобной роскоши.
«Роскошь» – последнее слово, которым бы Ядриэль описал хлипкую карточку, купленную ему родителями по школьной скидке.
– Мы всегда ходим пешком или гоняем на скейтах. – Вдруг что-то вспомнив, Джулиан добавил: – Надеюсь, они нашли мой скейтборд.
Марица бросила на Ядриэля осуждающий взгляд. Тот лишь пожал плечами.
– Эй, а у тебя день рождения в следующем месяце? – спросила она у Джулиана.
Тот моргнул:
– Да, тринадцатого… Постой, как ты?..
Лицо Марицы было воплощением самодовольства:
– Видишь? – спросила она у Ядриэля. – Я же говорила. – С этими словами она повернулась и зашагала к железнодорожным путям. Донателло и Микеланджело трусили перед ней, словно телохранители с бочкообразными грудями.
– Но как ты?.. – Он повернулся к Ядриэлю. – Откуда она знает?
– Ведьмина интуиция! – бросила Марица через плечо.
Ядриэль не удержался от смеха и набрал скорость, чтобы догнать ее. Джулиан гнался за ними, требуя ответов.
Чем дальше они отходили от дома, тем больше Ядриэль сомневался в их плане. Послеполуденные пробки заполнили улицы Лос-Анджелса звуками гудков, сирен и грохочущих наперебой сабвуферов. Но по мере приближения к цели основные дороги начали редеть, пока звуки транспорта не превратились в далекое гудение. Перед ними вытянулись пустые рельсы.
Дорога была усеяна битыми коричневыми бутылками, обертками от фастфуда и окурками. Донателло и Микеланджело с энтузиазмом ковырялись в мусоре, в то время как Марица тщетно пыталась их удержать.
Мужчина, засунувший руки в карманы большой черной куртки, шел прямо на них. Заметив Донателло и Микеланджело, он перебежал через дорогу, сверля их взглядом.
– Ух и разозлюсь же я, если нас похитят или ограбят! – сказала Марица Ядриэлю.
Тот засмеялся, но шутка сняла лишь часть напряжения в плечах:
– Буду знать.
