— Ха прыткий малый! Но у вас хорошо получается, даже учитывая тот факт, что вы впервые в жизни взяли штурвал в руки.
— Ладно уж… — прокряхтел Эдвард и продолжил с трепетом управлять линейным кораблем.
Спустя час наступил рассвет. Юноша вернул штурвал и через пару мгновений встретил на палубе капитана Дункана.
— Приветствую, Эдвард.
— Ну, что, начнем? — разминая кисти произнес юноша, что еле-еле сдерживал себя.
— Сразу за дело, да? Ну, раз так, то приступим. Я взял три шпаги.
— Зачем? Ведь нас всего двое.
— Вы же сами озвучили тот факт, что я мастер по владению сразу двумя клинками. И знаете мои заслуги перед Короной. — вновь восхвалялся Хилл своей популярности. — Тебе две шпаги, а мне и одной хватит сегодня.
— Но я думал, что сначала стоит начать обучение с одной шпаги.
— Ты молодой и глупый человек, Эдвард. Очень сложно потом будет научиться сражаться двумя шпагами. Поверь, мне. Я потратил не один год, чтобы переучиться.
— Давайте начнем уже.
— Хорошо. Первый урок — следи за руками и глазами противника. Чаще всего люди сначала смотрят, а потом уже бьют в ту точку, куда направлен их взгляд. И не засматривайтесь только на глаза. Движение рук также может помочь предугадать, куда будет нанесен удар. Мастера фехтования умеют несмотря наносить удар, но их начальные движения рук помогут тебе уклониться. Второй урок — никогда не замахивайся слишком размашисто. Шпага не топор, у нее все грани остры, а это значит, что лучше будет просто ввести шпагу в противника, чем с размаху его рубить. Третий урок — когда бой идет насмерть, используй все возможности от песка в глаза до удара в пах с колена, чтобы остаться в живых. Ну что ж, приступим. Сейчас постарайся меня ранить. А я буду защищаться. — капитан бросил Эдварду две шпаги.
— Может мне стоит сначала научиться азам, замахам хотя бы?
— Смотрите на меня и учитесь. Это все что я могу сказать. Начали! — в приказном тоне прокричал Дункан, держа в правой руке шпагу.
Эдвард попытался с размаху всадить шпагу в плечо капитана, но тот мастерски блокировал и кулаком ударил по лицу юношу. Эдвард упал на палубу. Убрав кровь с лица кулаком, юноша вскочил на ноги и вновь попытался ранить капитана. И раз за разом кончалось все только ударом в лицо. И после очередного удара, после которого юноша не спешил вставать, Дункан подошел к нему.
— Эдвард, как вы меня слушали? Вы же забыли все мои слова.
— Как раз слушал. — откашлявшись проговорил тот.
Эдвард со всей силы ударяет ногой капитану в пах и, когда тот рухнул на палубу, выронив шпагу, Эдвард шпагами на мундире оппонента вырезает крест.
— Я могу считать, что я справился с первым вашим уроком. — тяжело дыша, стараясь сохранить сознание, проговорил Эдвард.
— Эдвард, черт тебя побрал! Я не имел в виду буквально. Это был пример. — прокряхтел капитан, держа обе руки на своем причинном месте.
— Я знаю, я действовал сознательно. Когда после первого удара в лицо я увидел, как вы улыбались, поэтому и решил вас к себе подпустить таким образом, чтобы вы подумали, что я сдался. Согласитесь, вы же не догадывались, что пацан, который только-только вступил на корабль, додумается до такого плана? — восхвалялся юноша, протягивая руку.
Дункан взялся за его руку, и в этот самый момент его глаза злобно сверкнули. Хилл сжал запястье Эдварда, развернулся, протягивая руку юноши через свое плечо, и, упершись своими лопатками в юное тело, молниеносно перекинул оппонента через плечо на палубу.
— Черт… Ах… Ах… — прерывисто дыша и судорожно себя ощупывая, прошептал Эдвард.
— Не забывай сам про третье правило. — с улыбкой на лице произнес Дункан, что возвышался над ним.
— Вставай, беги в трюм и восстанавливайся! — Хилл бросил взгляд на мостик. — Рулевой, где команда?
— Спят еще. — ответил с твердость в голосе тот.
— Живо разбудить всех!
Эдвард еле как поднялся и кряхтя спустился в трюм, и вновь отсиживался в своей каюте. Ему пришла идея завести дневник, дабы записывать детали своей морской жизни. В дневнике Эдвард начал описывать вчерашние и сегодняшние события. Был уже полдень, когда тот закончил. И теперь у него другая цель. Он хочет во время своего путешествия записаться в матросы корабля «Аврора».
И снова, поднявшись на верхнюю палубу, идет к каюте капитана.
— Эдвард, ты мне уже знатно надоел. — отвлекшись от разговора со своим подчиненным, пробурчал Хилл. — Что вам еще нужно? Или может мне вновь вас бросить?
— Я бы хотел записаться в матросы, капитан.
— С чего бы? — стараясь не выдать своего удивления проговорил Дункан.
— Я тут подумал и понял, как лучше мне научиться морскому промыслу.
— Это легко устроить. Ричард[2], принеси нашему новоиспеченному матросу его форму.
Они с капитаном были примерно одного возраста, и было чувство, что они росли вместе. Он был единственным человеком, кто мог называть капитана Дунканом без последствий. Это человек с загорелой кожей, блондин с карими глазами, чье лицо не было омрачено шрамами, а речь его выдавала в нем аристократические корни. В отличие от Дункана, он не внушал страха, скорее обратное. Его образ располагал.