– Он, больше некому. Сам я не знал адреса. И вообще, я не был знаком с этой Гребневой и понятия не имел, что на нее напали грабители! – Алек помолчал, собираясь с мыслями. – Я бы ее оставил на месте, где она лежала! В крайнем случае вызвал бы ментов. А он меня вынудил поступить по-другому… Знать бы, чем это обернется, не слушал бы его! С той ночи у меня все пошло под откос…
– Погоди каяться. Надо понять, кто тот чувак.
– Я тебе уже сказал: призрак!
–
– Я не нюхал, не принимал, не кололся! – обиделся Алек. – Был под шафе, не отрицаю. Но не до такой степени! Не до галюнов! Я до белочки не напиваюсь.
– Ну… раз на раз не приходится.
– Ах так? Ладно, хватит. Разговор окончен.
Гена вспомнил о своих «полетах во сне и наяву», о лазарете, цирюльне, шамане и прочих приколах, – и устыдился. Услышь Алек его признания, точно покрутил бы у виска.
– Не злись, – примирительно молвил он. – А Юко не могла подсыпать тебе какой-нибудь наркоты в чай?
– В день мальчишника я с ней не встречался. Ты как будто не сидел со мной за одним столом в клубе! – возмутился Алек.
– Проехали. Еще вопрос: тот… призрак… чего от тебя хотел? Чтобы ты спас пострадавшую Гребневу?
– Не только. В квартире он повел себя очень странно. Подвел меня к тайнику в полу и жестами показывал, что делать. По его воле я сорвал паркетную доску и достал из-под нее капсулу, похожую на патрон…
– Где эта капсула? – вскинулся Гена.
– К ней было припаяно колечко, и я, опять же по воле призрака, прикрепил ее к ключам от машины в виде брелока, чтобы не потерять. А потом… этот брелок исчез.
– Как – исчез?
– Я думаю, Алка стырила, – тяжело вздохнул Алек. – Зачем ей брелок, ума не приложу. Разве что она решила меня доконать! Все делает типа назло! Сперва я набросился на нее с кулаками, чуть не вмазал… а после в голову закралась мысль: «Может, и не было никакой капсулы?»
– Жесть, – вырвалось у Гены.
– Еще какая жесть!.. Мне после мальчишника разная хрень стала мерещится. То мертвая Юко, то баба какая-то посреди леса, то кошка бешеная… Порой я сам себе не верю!.. Может, я сейчас не с тобой говорю… а сам с собой.
– Слушай, ты в самом деле
Он ждал ответа, глядя на повязку на плече друга, которая пропиталась не иллюзорной, а настоящей кровью, и у него мутилось в голове.
– В подвале ее дома в Озерном.
– Блин!.. Ты соображаешь, что говоришь?
– По ходу, соображалка у меня сломалась, братан, – пригорюнился Алек. – Капитально! Вышла из строя.
– Как ты оказался в доме Юко?
– Бес попутал… Знаешь, она сразу поставила мне условие: встречаться исключительно в «Чайном домике». За деньги! Я согласился. Люблю уксус и перец! Постепенно я втянулся в ее игру… Она вертела мной как хотела. Издевалась, потешалась, дарила блаженство… То лед, то пламя! Умопомрачение! Животная страсть!.. Тебе не понять, братан. Не обижайся, но ты никого не любил…
– А у тебя, значит, любовь? – усмехнулся Гена. – Спишь с одной, женишься на другой. Первая глубоко несчастна, вторая…
– …мертва?! – вскричал Алек. – Ты это хочешь сказать?.. А кто же тогда недавно обнимал меня? У тебя на глазах, между прочим!
– Ты сам себе противоречишь. Ну, бог с тобой… Меня больше интересует, кто на моих глазах превратился в кошку и чуть тебя не загрыз. Доказательство – рана на твоем плече.
Алек хватал ртом воздух подобно выброшенной на сушу рыбине. Он искал возражения, но в конце концов сдался. У него не было объяснений происходящему, не было аргументов в свою защиту и оправдания для Юко.
– Она меня измучила, высосала все соки, опустошила. Из нежной и прекрасной гейши она превратилась в монстра. Я мог бы убить ее!.. – признался он. – Даже хотел. Ехал в Озерное и воображал, как хватаю ее за горло… или беру кухонный нож и… Дверь в дом была открыта!.. Мрачные мысли мелькали у меня в голове, пока я ходил по комнатам… Юко нигде не было. Я зачем-то спустился в подвал, хотя не думал, что она может быть там. А она… лежала среди мусора, как… как…
– С чего ты взял, что она в Озерном? Насколько мне известно, Юко снимает квартиру в городе.
– Загадка, братан. Видать, это проделки призрака… Он навязывает мне свою линию поведения… диктует, куда ехать и что делать. Взял и внушил, чтобы я смотался в Озерное. Как ему это удается?
– Что?
– Общаться без слов.
– Призраки типа не умеют говорить, – предположил Гена. – Хотя не знаю. Я вообще ни черта не понимаю, старик!
На стеклянном столике перед ними стояла початая бутылка виски и два хрустальных стакана. Гена налил себе изрядную порцию и чуть поменьше Алеку.
– Я пить не буду, – отказался тот.
– А я выпью, – Гена проглотил спиртное и осведомился: – Плечо болит?
– Хрен с ним. Заживет.
– По ходу мы с тобой оба того… с приветом.
– Чокнутые! – подтвердил Алек.
– Дурдом какой-то, – согласно кивнул Гена. – И как быть?
– Я рассчитываю на тебя. Ты – супермозг!
– Говоришь, дом Юко сгорел? После твоего посещения?
