Маленькая Рита полностью

Неужели через мгновение я снова увижу Мистера Х. или эта «Ауди» – корпоративная машина, а значит, за рулём сегодня другой сотрудник?

Синяя полоска на номере слева, значит, за нами приехало авто с европейской регистрацией.

Может быть, ещё не поздно уйти домой? Скажу, мне нездоровится.

Анна сама знает, какие в каждой аудитории сквозняки из-за приоткрытых окон. Вот досада! Вспомнила о погоде и только сейчас додумалась накинуть капюшон куртки, но слишком поздно – волосы успели схватить влагу противной мороси.

– Как раз сейчас мы с господином Брандтом и командой заканчиваем один проект… Весь отдел задействован! Вам может быть интересно, – торопливо и сбивчиво говорила Анна. – Извините, что раньше ничего вам не рассказала. В дороге будет время. Нам ехать почти до самой окраины.

Пока мы подходили к «Ауди», водитель – к несчастью, тот самый, кого в своих мыслях я умоляла больше не приезжать, вышел из машины и ждал нас около пассажирского сидения.

– Добрый день, – поздоровался Мистер Х., и до меня донёсся сдержанный, но глубокий акватический запах его парфюма. На море мне до сих пор не довелось побывать, но представлялось, что именно так пахнет чистый океанический простор и воздух вокруг.

– Здравствуйте, – первой пропищала я.

– Добрый день, Вальтер! – Анна Викторовна улыбнулась. – Познакомьтесь, это и есть моя студентка Маргарита.

Как она сказала до этого? Господин Брандт? Значит, скорее всего, немец. Или австриец. А поздоровался почти без акцента. Да, должно быть, немец. Она же упоминала, что по работе частенько с ними общается.

Тогда я совсем пропустила мимо ушей слова Анны «это и есть моя студентка».

Это и есть… Маргарита.

Брандт. Пожар.

Настоящий немец передо мной… Не сказать, что меня удивило само знакомство с иностранцем. Каждый день в университете я могла поболтать с китайцами, американцами, финнами и другими, но теперь меня представили не просто студенту, а профессионалу, специалисту в своём деле.

– Приятно познакомиться. Называйте меня просто Вальтер, – сказал с улыбкой господин Брандт снова по-русски и протянул руку.

– Взаимно, Рита, – я попыталась улыбнуться в ответ, когда его сильная и тёплая рука обхватила мою маленькую холодную ладошку.

Боги! Ещё пару дней назад я с ревностью рисовала себе, как он уезжает отсюда с Таней, а сейчас он жмёт мне руку…

Одним приветствием, одним взглядом – что говорить об улыбке?! – он заставил меня забыть Славу и… того самого. И все неприятности до знакомства… Как они вообще могут существовать в одной реальности с ним? Зачем я их знала?! Серое прошлое со всеми обидами и болью растворилось за пару минут рядом с господином Брандтом. Такое разве бывает?

– Прошу прощения, Анна, пришлось задержаться у Гласса. Хорошо, что успел к вам, – извинился Вальтер на комфортном немецком.

– Ничего страшного, – торопливо ответила преподаватель. – Вы знаете, я пока не успела рассказать Маргарите. Сейчас по пути всё обсудим.

– Значит, будет сюрприз, – он посмотрел на меня с улыбкой, чуть изогнув бровь.

– Успеем пообщаться, – Анна Викторовна взглянула на часы. – Особенно, если на Индустриальной в пробку попадём, как обычно. Ждём Андрея?

– Нет, он уже на месте. Едем?

Мы с преподавателем забрались на заднее сидение. Брандт завёл мотор, осмотрелся по сторонам, плавно поворачивая руль, выехал на левую полосу.

Что это за тайны у этих двоих? Как же мне расхотелось ехать! Или пусть он хотя бы больше не смотрит на меня. Увидел, познакомился, пожал руку и всё, хватит. Зачем он улыбается?

Наверное, совсем не такую студентку Анны Викторовны он себе представлял. Ведь теперь перед ним какой-то гном в ботинках и в дурацком капюшоне. Как бы я хотела хоть на пару часов превратиться в одну из девчонок с филфака! Они, наверное, даже под дождём не мокнут.

– Вальтер, вы сказали, сейчас ездили к Глассу? – преподаватель достала папку из огромной сумки и замерла.

– Да, – господин Брандт посмотрел в зеркало заднего вида на Анну.

– Я покажу бумаги. Там всё ещё хуже, чем мы думали. Кажется, дело затягивается, и сложно представить, как надолго.

– Неужели сложнее, чем с Гедеоном?

– Надеюсь, что нет, – вздохнул немец, одной рукой выкручивая руль.

Чувство непонятной гордости внезапно накрыло меня: никаких записей и упражнений из учебников, никаких тестов на распечатках, и я всё понимаю.

О, да, я поняла целую пару общих фраз!