Утром кое-как привела себя в порядок, нацепила темные очки, собрала то, что осталось от ноутбука и отправилась в полицию. Сняла побои, написала заявление – все это, включая посещение больницы, затянулось почти на весь день. Но я успела зайти в ремонт. К счастью, жесткий диск почти не пострадал, и информацию удалось спасти. Пропало совсем чуть-чуть, включая ту самую фотосессию. Но это не проблема, фотограф пришлет еще раз. Злорадно ухмыльнулась. Вот восстановлю все и напишу огромный пост в соцсетях о том, кто такой Максим Кречетов. Ты тоже обо мне услышишь, Максик.
Очень странно, но Алиса не прислала домашку и вообще несколько дней не появлялась на занятиях. Я подумал, что она прогуливает именно мои пары, но, спросив старосту, убедился, что не только. Староста сказала, что Алиса звонила, сказала, что заболела. Хм… Так внезапно? Нет, ну бывает, конечно, но она казалась мне девушкой с крепким иммунитетом. Пить не умеет, да, а в остальном…
Решил поехать к ней после пар, проведать. Заехал в магазин, купил фруктов, сока и всяких полезностей типа йогуртов и, только подъехав к ее дому, понял, что не знаю, в какой квартире она живет. Стал вспоминать, что она говорила. Нет, номер точно не называла. Но я знаю человека, который это точно знает. Набрал номер друга.
– Серега, привет.
– Здорово, коли не шутишь. Какими судьбами?
– Да тут такое дело… Алиса твоя у меня на занятии телефон забыла. Хотел вернуть. Ты же знаешь, что у молодежи сейчас вся жизнь в телефоне…
– Это да, – хохотнул он. – А от меня-то что нужно?
– Так она вроде сейчас в городской квартире твоей живет. Она упоминала. Но адреса не знаю. А так заехал бы по дороге домой, отдал.
– А, не вопрос, записывай, – продиктовал адрес, который я и так уже знал, мне нужен был только номер квартиры. – Только это, Диман… Не распространяйся, ладно? О ней никто особо не знает…
– О квартире или об Алисе, которая в ней живет? – Настала моя очередь смеяться.
– Об обеих, – буркнул он.
– Не волнуйся. Я ж не трепло, сам знаешь.
– Знаю. Ладно, надо идти, срочный звонок.
Друг бросил трубку, но я уже узнал все, что было нужно. Зашел в нужную парадную, благо из нее как раз выходила старушка с собачкой, которая бросила на меня испытующий взгляд, поднялся на третий этаж и замер перед дверью. Меня не приглашали. Я понятия не имел, как меня примут и примут ли вообще. Нажал на звонок. За дверью тишина. Еще раз – и снова тишина. Я забеспокоился, но тут услышал шаги. Внезапно дверь распахнулась, и я увидел Алису, да так и застыл на несколько секунд, а потом резко вошел, не дожидаясь приглашения, кинул прямо в коридоре пакет и повернулся к Алисе. Она как раз закрыла дверь и прислонилась к ней.
– Кто это сделал? – буквально зарычал. Уже знал ответ, но мне нужно подтверждение.
– Дмитрий Александрович, откуда вы…
– Ты не ответила, кто это сделал? Макс? – уставился на девушку.
Она устало отлепилась от двери и прошла в комнату, села в кресло, подогнув под себя колени. При свете было заметно, что синяки уже стали зеленеть, значит, прошло несколько дней. Как раз тогда, когда Алиса перестала ходить на занятия.
– Значит, поэтому ты не приходила в универ?
Она кивнула и посмотрела на меня.
– Не говорите никому, хорошо?
– Но почему? – присел рядом, заглядывая в лицо. Несмотря на синяки и ссадины, Алиса продолжала оставаться красивой.
Ласково провел по ее щеке, и она дернулась, как от удара. Злость опять затопила меня с головой.
– Я убью эту мразь, – поднялся, намереваясь прямо сейчас отправиться к мерзавцу и выбить из него всю дурь.
– Не надо. – Алиса вцепилась в свой рукав. – Я уже написала на него заявление, пусть полиция разбирается.
– Папочка его отмажет, – бросил я. – Отцу сказала? – Алиса замотала головой. – Почему?
– Не хочу его втягивать…
– Дура ты, Алиска, – подошел и обнял ее. Она сначала пыталась оттолкнуть, а потом затихла в моих объятиях. – Знаешь, как я переживал? Думал, болеешь. Апельсинов тебе купил. И йогуртов.
– Правда? – прошептала она, прижавшись щекой к моей груди, а я гладил ее по волосам.
– Конечно. – Взял ее за подбородок и поднял лицо. – Ты такая красивая…
– Скажете тоже, – фыркнула она и улыбнулась. – Особенно сейчас, хоть на обложку журнала.
– Да, – прошептал. – Именно на обложку и именно сейчас.
Не смог удержаться, наклонился и коснулся ее губ своими. Боялся причинить боль, видел, что губа тоже припухшая, но Алиса сама ответила мне, прижимаясь теснее. Правда, через минуту уже отскочила, как ошпаренная.
– Дмитрий Александрович… Нехорошо это.
– Что именно? – промурлыкал, снова привлекая ее к себе.
– Вы… Я… Вы мой преподаватель. Могут быть проблемы.
– Плевать мне на проблемы, – рыкнул и подхватил ее на руки. – Я слишком тебя хочу, чтобы думать о таких мелочах. Все время думаю о тебе, о той ночи. И не ври, что забыла.
– Не забыла, – прошептала она, подняла глаза, и я утонул в зеленой глубине. – Я тоже о вас думаю.
– О тебе, – поправил ее.
– Что?
– Зови меня на ты, когда мы одни. И по имени. Я так хочу услышать свое имя из твоих уст. Произнеси его.
– Дмитрий…
