В первый день войны воинскую часть, в которой служил Борис Яковлевич, немцы не атаковали. На другой стороне границы в польском селе была расквартирована эсэсовская танковая группа. В ночь с 22 на 23 июня 1941 года советские бойцы ворвались в польское село и в ночном штыковом бою уничтожили личный состав расквартированной там эсэсовской резервной танковой группы. Такая была доктрина: «Бить врага на его территории». Вот и атаковали. На следующий день выяснилось, что немецкие войска уже углубились на советскую территорию на десятки километров, воинская часть находится в глубоком немецком тылу, и пришлось спешно уходить лесными дорогами на восток.
Второй эпизод, который Борис Яковлевич рассказал, был таким. При выходе из окружения бойцы попали на недавнее поле боя. Немецкая танковая группа нарвалась на дивизион советских дальнобойных крупнокалиберных орудий, которые вели огонь с закрытых позиций на большое расстояние по данным корректировщиков огня. Когда группа немецких танков показалась на холме, по ней был открыт огонь прямой наводкой из тяжёлых дальнобойных орудий. В несколько минут всё было кончено. Борис Яковлевич вместе с другими бойцами осматривал подбитые немецкие танки. У некоторых танков от ударов тяжёлых снарядов сорвало башни. Некоторые танки даже перевернуло вверх гусеницами. Из их танковых люков вытекала густая тёмная кровь. Даже видавшим виды бойцам от такой картины стало не по себе.
С собой солдаты везли на лошадях пушку, к которой осталось всего 3 снаряда. Разведывательный дозор доложил, что впереди немецкий аэродром. Это был советский аэродром, захваченный немцами. Первый снаряд пустили по цистернам с горючим, а когда они стали полыхать и взрываться, второй снаряд пустили в служебное здание аэродрома с диспетчерской будкой, третий пустили по немецким самолётам на аэродроме.
После этого немедленно бойцы скрылись в лесу, пушку утопили в болоте, а замок от пушки утопили в другом месте, Воинская часть превратилась в партизанский отряд.
После освобождения Белоруссии партизаны влились в строевые части советской армии.
В 9-м и 10-м классе уже в другой школе я себя изучением немецкого языка особо не утруждал. Хватало знаний, полученных у Бориса Яковлевича. По немецкому языку в аттестатах за 8-й класс и за 10-й класс у меня была оценка «хорошо (4)».
После окончания школы я год проработал на заводе, два года отслужил в войсках ПВО, поступил на первый курс института, и обнаружил, что немецкий язык я знаю лучше всех в группе. Девушки 17 лет, пришедшие в институт сразу после окончания школы, и имевшие в аттестатах за 10 класс оценки «отлично» по немецкому языку, знали язык намного хуже меня. Вся группа обращалась ко мне с просьбами помочь в переводах с немецкого языка на русский и наоборот. Я стал в группе главным авторитетом по знанию немецкого языка. Преподаватель немецкого языка при других студентах моей группы назвала мои знания немецкого языка фундаментальными.
И это через 3 года после окончания школы. Ай, да Борис Яковлевич! Вот вам и моя «четвёрка» по немецкому языку.
В число выпускных государственных экзаменов в институте входил немецкий язык. Мне пришлось всего лишь перекинуться с экзаменатором несколькими фразами на немецком языке, и мне поставили гос. экзамен автоматом. Кстати, учился я на факультете физического воспитания.
Когда я через 5 минут после входа в аудиторию выходил с зачёткой, в которой стояла оценка «отлично», мои товарищи по группе с завистью смотрели мне вслед. Им ещё предстояло мучиться с переводами и другими заданиями на немецком языке.
Лет 10 спустя после окончания института мне невольно пришлось стать переводчиком. Мои знакомые парни познакомились с немецкими студентками, которые поступили на подготовительный факультет университета. Немки ещё не знали русского языка, русские ребята уже не знали немецкого. Я перевёл немкам предложение моих друзей сходить в кино, а потом поехать отдыхать вместе на два выходных дня с пятницы по воскресенье на дачу. Слово «дача» я не смог перевести и заменил его словами «на природу». Немки согласились. А когда я им рассказал пару анекдотов на немецком языке, они пришли в восторг. На даче они погуляли два дня очень неплохо.
Вот так наш классный руководитель Борис Яковлевич «липецким методом» выучил своих учеников немецкому языку.
Великие люди. Мне уже 70. Для меня бойцы Великой Отечественной войны – исполины духа.