2. Я обратился 5 февраля 2013 года и второй раз 5 марта 2013 года в Комитет по законодательству и государственному строительству Государственной Думы Российской Федерации с заявлением следующего содержания.
«Подозреваемые при назначении и проведении судебных экспертиз по уголовному делу «ровнее» (Джордж Оруэлл, «1984») потерпевших в полном соответствии с законом – статьёй 198, часть 1, пункты 3), 4), 5) УПК РФ. Потерпевшие в соответствие со статьёй 198 УПК РФ лишены права ходатайствовать о привлечении конкретных экспертов и экспертных учреждений, ходатайствовать о внесении в постановление о назначении экспертизы дополнительных вопросов эксперту, присутствовать с разрешения следователя при производстве судебной экспертизы и давать объяснения эксперту.
Для того, чтобы уравнять права потерпевших с правами подозреваемых, необходимо внести поправку в ст. 198 УПК РФ: «потерпевший при назначении и проведении экспертизы пользуется теми же правами, что и подозреваемый», или «потерпевший при назначении и проведении экспертизы пользуется правами, предусмотренными пунктами 3), 4), 5) ч. 1 ст. 198 УПК РФ».
В этом случае конституционные права потерпевшего, указанные в части 1 статьи 19 Конституции Российской Федерации: «Все равны перед законом и судом» будут уравнены с правами подозреваемого по ст. 198 УПК РФ. Я получил ответы, что мои предложения приняты к сведению и будут учтены при работе Комитета по редактированию УПК РФ.
И, действительно, летом 2013 года в новой редакции УПК РФ мои обращения были учтены, и права потерпевших при проведении экспертиз были уравнены с правами подозреваемых.
3. Потерпевшему И. Т. Шереметову следователь отказал в ознакомлении с материалами уголовного дела после его прекращения. На жалобу потерпевшего начальник следственного отдела ответил: «Статья 42 УПК РФ (права потерпевшего) не предусматривает ознакомления потерпевшего с материалами уголовного дела после принятия постановления о прекращении уголовного дела. Потерпевший вправе ознакомиться с материалами уголовного дела только после окончания предварительного расследования».
Но, предварительное расследование оканчивается с принятием обвинительного заключения, заключением прокурора и передачей дела в суд. Прекращение уголовного дела – это не окончание предварительного расследования. Так гласит Федеральный закон – УПК РФ. Поэтому при прекращении следователем уголовного дела потерпевшему знакомиться с материалами дела было нельзя. Конечно, можно на постановление следователя о прекращении уголовного дела можно подать жалобу в порядке ст. 125 УПК РФ в суд, но чем аргументировать свой протест? Написать в жалобе: «Я против»? Суд не примет не аргументированную жалобу. А как и чем аргументировать, если с материалами уголовного дела потерпевший знакомиться не вправе?
Замкнутый круг.
Я обратился в 2012 году в Комитет по законодательству и государственному строительству Государственной Думы Российской Федерации с предложением внести в статью 42 УПК РФ норму, дающую потерпевшему право знакомиться с материалами уголовного дела при прекращении уголовного дела для аргументированного обжалования постановления следователя. Изложил свои вышеуказанные доводы. Ответ пришёл за подписью Председателя Комитета Крашенинникова П. В.: «Ваше обращение рассмотрено, принято к сведению. Ваше предложение будет использовано в работе Комитета по законодательству и государственному строительству Государственной Думы Российской Федерации».
И. действительно, летом 2013 года в новой редакции статьи 42 УПК РФ (права потерпевшего) появилась норма: «Потерпевший вправе знакомиться с материалами уголовного дела после окончания предварительного расследования, а также в случае прекращения уголовного дела». Норма вошла в закон. Миллионы потерпевших по уголовным делам с 2013 года могут знакомиться с материалами уголовного дела и аргументированно обжаловать постановления следователей о прекращении уголовных дел.
Всё-таки здравомыслящие депутаты в Государственной думе РФ встречаются!
4. Меня долгое время удивляло, что на денежных знаках России красуется герб не России, а Временного правительства образца февраля 1917 года – двуглавый орёл без трёх корон, скипетра и державы.
Я пожаловался письменно на этот непристойный факт Президенту России Путину В. В. и главе Правительства России Медведеву Д. А. Мне из администрации Президента России и аппарата Правительства России пришли идентичные ответы: «Ваши предложения о печатании на деньгах России герба Российской Федерации направлены в Центральный Банк России».
Из Центробанка России мне пришли два одинаковых ответа: «Замена клише и пунцонов дорогостоящее мероприятие. У ЦБР на эти мероприятия финансирование не предусмотрено».