Когда листья были убраны, Деми привез из леса щепок и заработал еще один доллар. Потом под руководством Франца оборачивал учебники, корпя над каждой книжкой и ни от кого не принимая помощи. Деми с огромным удовольствием получал свои скромные гонорары, которые казались ему весьма значительными.
– Теперь у меня по доллару для всех, я сам отвезу маме деньги, пусть она убедится, что я послушал отца.
Затем Деми, как и подобает хорошему сыну, вручил заработок матери, которая приняла его подношение, точно сокровище, и не притронулась бы к деньгам, если бы Деми не упросил ее купить «что-нибудь полезное» себе и девочкам, считая себя ответственным за них.
Деми был счастлив, и желание помогать ближним навсегда осталось с ним и лишь крепло с годами, хоть он порою пренебрегал обязанностями. Деми всегда вспоминал отца с любовью и гордостью и как-то сказал, будто прося о почетном титуле:
– Не называйте меня Деми. Я теперь Джон Брук!
Таким образом, научившись приносить пользу и обретя надежду на встречу с отцом, десятилетний мальчик вступил в наследство, оставленное добрым Джоном Бруком.
С наступлением октябрьских заморозков в каминах большого дома весело затрещал огонь; благодаря сухим щепкам Деми, дубовые корни Дэна знатно пылали, а дымоход басовито гудел. Длинными вечерами все с удовольствием собирались у очага играть, читать и строить планы на зиму. Однако больше всего дети любили слушать сказки, поэтому мистер и миссис Баэр всегда старались держать в запасе пару интересных историй. Когда запас иссякал, мальчикам приходилось обходиться своими силами, которые часто подводили. Одно время в моду вошли страшилки: мальчики гасили свет, ждали, когда затухнет огонь в камине, и в полной темноте рассказывали самые страшные истории, какие только могли придумать. В результате дети пугались каждого шороха, Томми стал чаще ходить во сне, а малыши все время капризничали. Страшилки запретили, и мальчики вернулись к более невинным развлечениям.
Однажды вечером, когда младшие уже уютно устроились в кроватках, старшие лениво расположились у камина в классной комнате и думали, чем бы заняться. Деми решил слегка расшевелить собрание. Он взял каминную щетку и, орудуя ей, как веслом, прошелся по комнате, приговаривая:
– В море лодочка плывет, кто со мной в игру пойдет?
Мальчики, смеясь и толкаясь, выстроились гуськом за Деми.
– Каждый должен придумать новое занятие за две минуты, иначе утонет! – объявил тот.
Франц писал, а Эмиль читал биографию лорда Нельсона[25] – они не стали участвовать, остальные ребята думали изо всех сил, и, когда время истекло, были готовы ответить.
– Говори, Том! – Указующая щетка похлопала Тома по макушке.
– Жмурки!
– Джек?
– Торговля! Хорошая карточная игра, и можно слегка заработать.
– Дядя запрещает играть на деньги. Ты что скажешь, Дэн?
– Давайте устроим битву между греками и римлянами!
– Пышка?
– Давайте печь яблоки, лущить орехи и делать воздушную кукурузу!
– Здорово! Хорошо! – воскликнуло несколько человек, и, по результатам голосования, предложение Пышки одержало победу.
Кто-то пошел в погреб за яблоками, кто-то на чердак за орехами, кто-то побежал за кукурузой и кукурузницей.
– Может мы и девочек пригласим? – великодушно предложил Деми.
– Дейзи хорошо чистит грецкие орехи! – вставил Нат – ему хотелось, чтобы Дейзи разделила веселье.
– Нэн первоклассно делает кукурузу! – добавил Томми.
– Ладно, зовите своих невест! – разрешил Джек – он любил посмеяться над невинными симпатиями маленьких.
– Дейзи моя сестра, не обзывай ее «невестой», это глупо! – возмутился Деми, еще больше позабавив Джека.
– Ну она же невеста Ната, правда, старик?
– Наверное, если Деми не возражает… Дейзи мне очень нравится, а как иначе, если она столь добра ко мне? – застенчиво ответил Нат, смутившись от грубоватого вопроса Джека.
– А вот Нэн и правда моя невеста, я женюсь на ней примерно через год, так что не вздумайте со мной соперничать! – решительно заявил Томми (они с Нэн уже решили, что будут жить на иве и поднимать туда продукты на веревке, а также построили много других милых и невозможных планов).
Деми, пораженный решительностью Бэнгса, замолчал, и он вместе с Томми отправился звать дам. Нэн и Дейзи шили с тетей Джо маленькие одежки для новорожденного ребенка миссис Карни.
– Вы не могли бы отпустить девочек ненадолго? У нас есть некоторые неотложные дела, – начал Томми, подмигивая одним глазом – это изображало яблоки, щелкая пальцами – так лопалась кукуруза, и клацая зубами – так кололись орехи.
Девочки сразу же поняли значение пантомимы и поспешно стянули с пальчиков наперстки, пока миссис Джо не решила, что Томми бьется в конвульсиях или замышляет какую-то невообразимую проказу. Деми обстоятельно все изложил, разрешение было получено, и джентльмены удалились вместе с дамами.
– Не смей разговаривать с Джеком! – шепнул Томми, когда они с Нэн шли через холл за вилками для яблок.
– Почему?
– Он смеется надо мной, поэтому ты не должна с ним общаться!
