На холме, где стояли колледж, Парнас и старый Плам, мелькали радостные лица – гости, студенты и преподаватели сменяли друг друга в лихорадочном волнении. Каждого сердечно приветствовали – и тех, кто явился в роскошном экипаже, и тех, кто пришел пешком, чтобы полюбоваться, как дорогой сыночек или доченька получают заслуженную награду и почести в этот счастливый день, чье наступление они приближали упорным трудом. Мистер Лори с супругой возглавляли комитет по приему гостей, и в их изысканном доме яблоку было негде упасть. Миссис Мэг в сопровождении Дейзи и Джози постоянно раздавала ценные советы студенткам: добавляла к наряду необходимую мелочь, следила за приготовлением блюд, помогала украшать комнаты. У миссис Джо тоже ни одной свободной минутки не выпадало: она трудилась и в роли жены президента колледжа, и в роли матери Теда – ей пришлось призвать весь авторитет и смекалку, чтобы заставить его обрядиться в парадный костюм.
Нет, он не возражал против праздничной одежды – наоборот, любил хорошо одеваться и, благодаря высокому росту, с важным видом мог носить фрак, подаренный знакомым денди. Правда, вид получался нелепый, но юноша упорно носил фрак, невзирая на насмешки товарищей, и в глубине души вздыхал по цилиндру, но суровая родительница резко воспротивилась. Тед уверял, что в Англии мальчики носят такие цилиндры с десяти лет и это «высший класс», но маменька лишь погладила его по рыжеватым вихрам и ответила утешительно:
– Дитя мое, ты и так выглядишь нелепей некуда, а если наденешь цилиндр, кому-то из нас придется покинуть Пламфилд под град насмешек. И без того похож на дух официанта, поэтому не выпрашивай самую нелепую шляпу, какую только видывал свет.
Потеряв надежду на благородный головной убор, Тед утешился, надев до смешного высокий и твердый воротничок, а также галстук, сразивший всех дам наповал – правда, скорее от смеха. Своей выходкой он отомстил жестокосердной маменьке, ибо воротничок довел прачку до отчаяния (никак не удавалось привести его в должный вид), а галстук требовал усилий трех женщин сразу, да и те напрасно трудились в поте лица, ибо Тед, подобно придирчивому денди, лишь отворачивался от «неумех» со снисходительным: «Ладно, сойдет…» Роб честно помогал брату в этот час испытаний, тем более что его собственный наряд отличался разве только простотой, аккуратностью и легкостью надевания. За сборами Тед, как всегда, довел самого себя до бешенства: рычание, свист, приказы и стоны доносились из пещеры, где бушевал лев и утешал агнец. Миссис Джо терпела, покуда в воздухе не начали летать башмаки и расчески – тогда она, опасаясь за жизнь старшего сына, бросалась ему на помощь и увещеваниями, шутками и строгостью убеждала Теда, что он «красавец, каких поискать», а то и вовсе «услада для глаз». В конце концов Тед важно выступил из комнаты, полузадушенный воротничком, в сравнении с которым мерк воротничок несчастного Билера из романа «Домби и сын». Фрак был великоват в плечах, зато позволял продемонстрировать блестящую манишку, а в кармане под тщательно выверенным углом лежал изысканный носовой платок – наряд производил сильное впечатление. Остроносые ботинки, начищенные до зеркального блеска, довершали фигуру «длинной черной прищепки для белья» (так выразилась в адрес Теда Джози), юное лицо было исполнено серьезности, а голова – запрокинута назад так, что обладатель грозил заработать искривление позвоночника. Светлые перчатки, трость и – вот она, капля дегтя в бочке меда! – премерзкая соломенная шляпа, не говоря уже о бутоньерке и цепочке от часов, дополняли наряд эффектного юноши.
– Ну как, стильно? – спросил он у матери и кузин – в тот день он сопровождал их до холла.
В ответ раздались взрывы хохота и восклицания ужаса, ибо Тед ловко приклеил светлые усики, которые часто надевал на сцене. Они ему очень шли и, похоже, заменяли вожделенный цилиндр, коль его не позволили надеть.
– Сними сейчас же, негодник! Что скажет отец на твою проделку, ведь такой важный день! – Миссис Джо пыталась нахмуриться, а про себя думала: нет на свете юноши красивее и изобретательнее ее сына.
– Пусть оставит, тетушка, Теду к лицу! Так ему не дашь меньше восемнадцати, – отметила Джози, которой любой маскарад приходился по душе.
– Отец ничего не заметит, он будет слишком занят своими умниками и образованными девицами. А если заметит, что с того? Оценит шутку и представит меня старшим сыном. Робу со мной и не сравниться, когда я в таком наряде! – Тед со скорбным видом прошелся по комнате – прямо Гамлет во фраке и в стоячем воротнике.
– Делай, как велю!
Если миссис Джо говорила в таком тоне, слово ее было закон. Впрочем, усы все-таки вернулись, и многие гости впоследствии считали, что юных Баэров в семье трое. В общем, луч света все же развеял уныние Теда.
