С некоторых пор стали раздражать его своим независимым видом слоны, которые повадились степенно и гордо ходить на водопой мимо его лежбища, слегка поднимая пыль вокруг. Глядя на их важную походку, льву вдруг показалось, что они недостаточно уважают его и пылят преднамеренно, демонстрируя этим своё пренебрежение. Действительно, вместо того, чтобы заискивающе поздороваться, подобострастно преклонить голову, извиниться за причинённые неудобства, коротко воздать хвалу царю зверей (цари любят, когда им говорят правду прямо в глаза), слоны важно шествовали мимо, не выражая никакого уважения к могучему львиному прайму.
Со временем вид слонов стал вызывать нервозность и у всего семейства. Как только проходившее стадо скрывалось из виду львы и львята сердито ворчали:
‒ До каких пор!
‒ Надоело пыль глотать!
Старый лев понимал их недовольство и разделял с ними возникшее чувство неприязни к слонам. Кому же такое понравится? Ты отдыхаешь, а тебе ‒ шум да гам, да пыль!
Он морщился, но, будучи истинным демократом, делал вид, что уважает желание любого существа ходить на водопой там, где хочется. Саванна большая ‒ у каждого есть право на жизнь.
А втихаря досадно думал: «Что же делать? Объявить слонам войну, чтобы дорогу на водопой изменили? Рискованно и бесперспективно. Рассвирепеют ‒ о покое, если кто останется жив, только вспоминать придется. Да и прайм вряд ли меня поддержит. Умирать-то никому не хочется!»
Лев был старым и мудрым. Он знал: чтобы избавиться от навалившейся напасти, никогда нельзя поддаваться сиюминутным эмоциям. Нужно всё продумать, взвесить, просчитать и выработать долгосрочный план, который называется стратегией.
И как только задумался он о ней, совсем потерял сон и покой. Глядя со стороны, наивные сородичи полагали, что лев безмятежно спит, а он, вместо того, чтобы блаженно отдыхать, ни о чём не думая, ежедневно, ежеминутно разрабатывал стратегический план борьбы со свалившейся на их головы бедою.
А тут и еще одна напасть! Беды, как известно, не приходят поодиночке. Чаще ‒ по две, а то и по три, а то и вообще толпой…
Жила в зарослях неподалеку стая шакалов. Жили да и жили, особых недовольств у львов не вызывали поначалу. Хулиганили деликатно, изредка подъедая остатки львиной добычи. Львы даже замечать их перестали. Но появился в стае ненормальный молодой шакалёнок. Глупый. Он постоянно выскакивал из кустов, увидев проходившую мимо живность, и начинал выть и тявкать на всю округу. Сородичи в зарослях, словно по команде, поднимали невероятный гвалт, вторя ему. Аж гривы у львов вставали дыбом! А так как живности в тех краях было с избытком, ужасный «концерт» длился день и ночь, не давая глаз сомкнуть львиному семейству.
От безысходности среди львов поползли слухи, что вожак стал старым, не может навести порядок, и его надо менять…
…Обычным солнечным днём лежал однажды лев на своём излюбленном пригорке. Всем казалось, что он мирно спит. Вдали степенно шли слоны на водопой. И вдруг из зарослей выскочил молодой бесшабашный шакалёнок в облезшей шкуре, невзрачный на вид и давай выть и тявкать на слонов. И вся шакалья братия тотчас поддержала его из кустов. Так заголосили, что все заросли в саванне заходили ходуном!
От неожиданности слоны растерялись, ровный строй их сломался, отшатнулись они от прежнего маршрута и, недоумённо косясь на шакалёнка, стараясь не затоптать его, в растерянности быстро удалились.
Лев хмыкнул:
‒ Забавный шакалёнок! Глупый и милый. Люблю таких!
Когда слоны ушли, он подозвал его к себе и спросил:
‒ Чего ты бестолково тявкаешь на всех подряд?
‒ А как надо? ‒ задиристо ответил шакалёнок с безопасного расстояния, готовый в любой миг пуститься наутёк.
‒ Надо лаять по-умному. Не от скуки, не ради потехи, чтобы себя развлечь, а с пользой.
Шакалёнок очень заинтересовался: «Как это с пользой? С выгодой для себя? Враз ‒ и удовольствие, и довольствие? Разве такое бывает?»
‒ Если будешь лаять на слонов по моей указке,‒ лениво зевнул лев,‒ то обеспечу тебе беззаботную жизнь. Кормить буду досыта и защищать. Никто в мире не посмеет тебя обидеть.
‒ Досыта кормить? ‒ не поверил своим ушам шакалёнок. ‒ Да еще разрешишь мне тявкать днем и ночью?
‒ Тявкай на здоровье!
‒ Тебе нравится, как я тявкаю!? Отныне я твой надежный друг! Я тявкать люблю! Буду лаять на того, на кого ты скажешь, когда ты скажешь и столько, сколько тебе захочется,‒ восторженно пообещал новоиспечённый друг льва и честно по простоте душевной сознался:
‒ Мне вообще-то нет разницы, на кого тявкать.
