«Колдовской туман меж тем становился все плотнее и непрогляднее. Лошади чуяли злые чары и встревоженно пятились и фыркали. Очень скоро князь перестал различать лица людей, видя лишь темнеющие фигуры, встречные деревья казались непривычно огромными, и Брас, держа одной рукой поводья, шарил перед собой другой, ловя возникающие в тумане мокрые ветви, с, казалось, сотканной из липкого тумана паутиной, как вдруг где-то совсем над головой, так что ничего невидящие рыцари пригнулись, хватаясь за оружие и придерживая испуганных животных, а прямо над их головами раздался свист разрываемого перепончатыми крыльями тумана, и холодный ветер на секунду взорвал серую пелену колдовских чар.
— Дракон! Прах его! — выдохнул Касиан. — Не иначе как княгиня за подмогой кого послала.
— Подмогой? Разуй глаза, непутевый, — устыдил дружка Тигрий, изо всех сил придерживая норовистого жеребца, который с перепугу так и лез в болото. — Коли за подмогой — то ясно куда — в Элос бы послали! А этот на север припустил, будто ему головней под хвост заехали. Он так до самого Танаталатеса долетит — глазом не моргнет.
— Какой еще Танаталатес?! Он направо полетел! — не унимался Касиан. — Вот именно, что направо — на север, взгляни на ствол, где мох?..
— Да тише вы! — Брас гневно бросил поводья первому попавшемуся парню и подошел к спорщикам. — Ополоумели — на секретной тропе спор заводить?»
В этот момент с легким шорохом из рукописи вылетели несколько скрепленных страниц. Люси ойкнула и, встав на колени, подняла с пола выпавший фрагмент. Сюрприз, теперь в ее руках были не одна, а две тетради. Причем вторая была сшита посередине шелковой ниткой, кроме того, чернила здесь были другими и почерк отличался. Должно быть, писавший специально выбрал для своей повести красивый готический шрифт. В колледже его изучали только на втором курсе, но Люси умела выводить некоторые буквы.
Девочка начала читать и тут же поняла, что новый текст не имеет никакого отношения к истории княгини Брины. Возможно, кто-то просто сунул одну рукопись в другую. Кто? Да хоть Джейн. Люси раскрыла рукопись Алисы в том месте, где прежде лежала вторая тетрадка, на страницах чуть отпечатались чернила, как бывает, когда страничку не промокнут промокашкой, но, судя по более желтой бумаге — готический текст был старее. Впрочем, кто мешал написать текст на пожелтевшей бумаге? Потом, присмотревшись, Люси поняла свою ошибку, готическая тетрадь просто попала в рукопись Алисы, будучи влажной, может, дождем замочило, может, еще чем, вот шрифт и отпечатался.
Удивленно она начала читать, постепенно все больше и больше приходя к выводу, что не история княжны Брины и ее неверного мужа Браса, написанная Алисой еще в «Зеленых рукавах», а именно эта повесть была ключом к происходящему, тем, что Джейн на самом деле намеревалась изучить в колледже.
Рукопись называлась «Наследство», Люси потянулась за графином, налила себе немного воды в стакан, выпила. Вокруг все было тихо. Отложив в сторону сказку Алисы, Люси погрузилась в чтение готической тетради.
Кэти была напугана и расстроена. Читая в основном романы, в которых наивные героини то и дело попадали в коварно расставленные западни, она и думать не могла, что, когда настанет ее очередь переживать самые настоящие приключения, окажется такой дурой. Как же просто было давать советы книжным героиням, какой разумной она самой себе казалась, и тут после стольких томов удачно раскрытых интриг Кэти оказалась в ловушке.
Впрочем, она совершенно напрасно ругала себя, любая другая только что выпустившаяся из колледжа девочка понимала в окружающем мире немногим больше, чем Кэти. Добавьте к этому недавнюю потерю отца, открывшую перед ней малоприятную перспективу уживаться с откровенно ненавидящей ее молодой мачехой, уйти от которой можно было только замуж. Но в том-то и дело, что за годы, проведенные в школе для девочек миссис Ллойд и затем в колледже миссис Олдман, она не имела возможности приобрести новые знакомства. Обычно, когда девушка выпускается из колледжа или школы, родственники тут же начинают выводить ее в свет, и там…
Зачем она согласилась отправиться с мачехой к ее родственникам? Знала же, что Эльвира ее терпеть не может, а ее прыщавый племянник с самого детства влюблен в Кэти, и теперь, когда она, можно сказать, решилась выйти замуж за очаровательного Мишеля, приезжавшего в колледж вместе с братом одной из ее подруг, теперь Кэти, как в старые темные времена, просто выдадут замуж.
Девушка металась по комнате, ожидая, что вот-вот ее отведут в церковь и обвенчают с человеком, которого она будет ненавидеть до конца своих дней.
А что делать, когда она находится в нескольких часах пути от родного дома, кони распряжены, а их карета невесть где? Не пешком же идти? А почему, собственно, не пешком?
