Потерявший семью четырнадцатилетний маг-подросток, чудом избежавший смерти от руки учителя, поселяется в провинциальном городишке с целью начать всё с нуля. Обретя дом, покой, а со временем — и уважение горожан, он обзаводится и семьёй.Но за все приходится платить, а за обладание даром — в особенности. За ним объявляется охота — уж очень многие желают завладеть этим даром. Вскоре он оказывается в самом логове врагов с единственной целью — спасти ставший родным город.
Человек стоял перед чёрным зевом тоннеля.
— Ну что, Роксана, останемся здесь на ночь? В город всё одно нас сегодня не пустят, а тут как-никак лучше, чем под открытым небом.
Серый зверь, стоящий у его ног, вместо ответа потянул носом воздух, прислушался и сделал шаг вперёд. Судя по тому, что шерсть на загривке не встала дыбом, спрашивающий сделал вывод, что опасности внутри нет.
За ним вперевалочку последовала крупная чёрная птица, важно заложив крылья за спину. Оба, не взглянув в сторону говорившего, молча двинулись в темноту.
Единственный, умевший разговаривать, проводил их взглядом, пожав плечами, вздохнул и мысленно поймал один из последних лучей солнца, сделав из него небольшой белый шар, от которого разлился свет, вполне достаточный, чтобы хорошенько разглядеть дорогу. Его создатель, чтобы не ослепнуть прикрылся от него рукой. Две тени от впередиидущих слились в единое целое, и опережая свет, устремились в глубину.
Пещера представляла собой коридор, в котором даже высокий человек мог пройти, не заботясь о безопасности своей головы. С потолка не свисало ни корней, ни паутины. Свод, гладкий, словно его тесал каменотёс, не был обезображен плесенью или грибами, обычными для подобного рода мест. Удивительно, но изнутри тянуло свежим воздухом и лёгкой прохладой, а где-то в глубине слышалось приятное журчание воды, что в сочетании с шелестом мелких камешков под ногами создавало ощущение присутствия музыки.
Волчица остановилась и села на задние лапы. Догнавший её ворон встал рядом, осматривая открывшееся перед ними зрелище. Человек прошёл вперёд, сделал движение ладонью вокруг шара и подбросил его вверх. Шар подлетел ввысь на пару ярдов и завис, разбрасывая лучи, ярко освещая всё пространство.
— Да-а! — с восхищением сказал человек. Открывшийся им вид действительно мог вызвать удивление, граничившее с восторгом.
Туннель закачивался квадратным залом, шагов двенадцать на двенадцать. Почти отвесные стены уходили вверх и упирались в потолок пещеры на высоте девяти ярдов, с небольшими нишами, наподобие балкона. А посередине этого природного великолепия на высоту человеческого роста из-под земли бил ключ.
В противоположной от них стене имелся ещё один проход, видимо, также ведущий наружу. Вся троица не преминула исследовать и его, обнаружив на выходе малюсенькое озерцо, питавшееся из ключа в самой пещере. Вода в нём была настолько прозрачна, что плавающая в глубине рыбина сразу же привлекла внимание волчицы, которая неотрывно провожала её глазами, в свете заходящего солнца. Человек сразу всё понял.
— Как насчёт жареной рыбки? — спросил он спутников. — Я за.
Две пары голодных глаз устремились в его сторону. Человеку даже показалось, что волчица сглотнула слюну от возбуждения. По крайней мере, увидел, как она облизнулась в предвкушении.
Проведя ладонью над поверхностью воды, стараясь не спугнуть будущий ужин, в момент, когда его вытянутая рука и рыба оказались на одной линии, человек внезапно дёрнул плечом. На какое-то мгновение вечерняя духота сменилась морозной свежестью, а в озере от поверхности до рыбы появилось нечто подобное ледяной стреле, почти такой же прозрачной, как и сама вода.
Волчице, которая надо сказать недолюбливавшая всё магическое, сейчас было всё равно, как добыт улов — ей очень хотелось кушать. То ли близость к городу, то ли ещё что-то, но охота сегодня не задалась, а купить съестного не получилось — вокруг скалы, хозяйки пещеры, словно шип выходившей из земли, напрочь отсутствовало жильё. Похоже, человеческая нога не вступала под эти своды и берег, благословенные богом.
Она в нетерпении переминалась с ноги на ногу, поскуливая и провожая взглядом каждое движение, пока извлекался из воды кусок льда, с ещё живой рыбой внутри. Человек повторил эту операцию ещё дважды, обеспечивая их завтраком. Теперь перед ними лежали уже три куска льда. Завидя голодный взгляд спутницы, человек улыбнулся.
— Ты что ж, намерена есть сырую? Давай пожарим, — он развернулся к ворону. — Что думаешь, карган?
Чёрная птица согласно посмотрела на него. Глаза ворона сильно напоминали человеческие органы зрения, отчего его сородичей и называли мудрыми. Собственно, с древнего, карган — наделённый мудростью.
— Тогда нужны дрова. Карган, займись ими, — человек повернулся к волку. — Роксана, разоблачаемся.
