Потом сообщили о прибытии в Севастополь Его Императорского Величества, и командира нашего спешно вызвали. Вернулся он радостным - сумел «выбить» новый катер. Такой же как «Чесма» производства завода Берда в Питере. Служил он для разъездов кого-то из портового начальства и находился в хорошем состоянии, вот это-то состояние и изменили в два счёта - ободрали всю красоту и заменили её котельным железом, оформив и боевую рубочку, и защиту кочегара - по нынешним торпедным катерам ведь, в основном, из винтовок попадают.
Торпеды на это раз делали не по моим канонам. Господа офицеры успели наиграться с моделями в своё время и, как только сошли на берег, не по бабам пошли, а по мастерским со своими эскизами. Завелись на корабле денежки. Мы ведь останавливали пароходы, и, перед утоплением, естественно, кое-что прихватывали. Ну, там, касса судовая, хороший кофе. Боцман с баталером вообще, чего только не тащили - механики из машины штуковинки разные выкручивали, а с одного только начали отдирать доски, как в поле зрения сигнальщиков появилась новая цель. Не успели как следует похомячить - сперва война - остальное, если успеем. А то бы и паровые машины поснимали, и уголь перегрузили.
Круговая порука в экипаже к этому моменту уже начинила формироваться, а тут окрепла и стала напоминать братство. Береговое. До выборов капитана, ясное дело, было далеко, но коллегиальное решение о направлении части вырученных средств на вооружение было ратифицировано не только членами кают-компании, но и нижними чинами.
Говорил ведь уже, что время нынче любопытное. Люди как-то не так мыслят, как мы. Скажем, купить себе оружие для того, чтобы служить с ним в руках вере, царю и отечеству, это вполне естественно. Офицеры, скажем, и команды катеров, обзавелись на берегу револьверами. Это под впечатлением от случая, когда турки зацепили Сергея Петровича Писаревского багром. Разве возможно было бы такое, будь команда нормально вооружена!?
Ну да не о том речь. Стало у нас два более-менее пристойных торпедных катера, и один остался разъездной для работы на подхвате. Торпед же сделали даже лишних - наличного динамита хватило только на семь, остальные так и повезли с собой не снаряженными взрывчатым веществом. И, вот какая незадача, только одна из них была предназначена для использования с подводной лодки - они теперь конструктивно разные из-за отличия в креплениях. Зато бегут быстрее и проходят метров триста. Большего расстояния просто не имеет смысла добиваться - уходят они с курса, считай, на полкорпуса цели, причём, заранее не угадаешь, в какую сторону. А пристрелять их никак не выходит - прогорает камера сгорания, хоть и выложена жестью изнутри.
Что ещё вспомнить? Нилович меня со своей сестрой познакомил. Она вдова матросская, и года у неё вовсе не юные. Детки самостоятельные уже. С нею мы и поладили.
Много событий случилось, всего и не упомнишь. Паломничество офицеров, скажем. Приходили проситься к нам на «Великого князя Константина». Прогулки с козой на пастбище представляли собой забавное зрелище. Эта животная, получив на рога табличку с кличкой и указанием на принадлежность к кораблю Его Императорского Величества Черноморского флота, так и осталась с существом с самыми простыми принципами и прозаическими потребностями. Её, заразу такую разбаловали едой с человеческого стола - имею ввиду объедки и помои - а тут еще каждый встречный норовит корочкой угостить, а то горбушкой осчастливит в знак уважения к нашему «миноносцу». Так что дама эта стала весьма разборчива насчёт пропитания и строга в обращении. Без подношения к ней теперь не подступиться.
Дождя наград, который можно было ожидать, на нас не пролилось. Денежкой тоже не поощрили. Чувствовалось, что в верхах возникла неожиданная напряженность. С другой стороны наши сухопутные войска приблизились к Дунаю, и волнение за предстоящие им нелёгкие дела сейчас испытывают многие. По-существу война ещё толком и не началась. Так, произошли отдельные столкновения. И, мне кажется, сильные мира сего сейчас усиленно шлют друг другу длинные прочувствованные телеграммы.
Я полагал, что Степан Осипович приводил государя ещё и с целью, представить меня августейшему семейству. Зачем ему это понадобилось - ума не приложу. Не до разговоров нам было - такой кипеж на корабле стоял - вздохнуть некогда. По окончании эпизода я облегчённо вздохнул и постарался обо всём забыть.
Не тут-то было. К трапу подкатила коляска в сопровождении конвоя, и по трапу взбежал наследник престола с ещё одним человеком, одетым в статское платье. И сразу ко мне.
- Пётр Семёнович! Рекомендую вам Михаила Львовича, и прошу всячески споспешествовать его начинаниям.
Вот так, без особых церемоний. Гость оказался переодетым жандармом. Как я об этом узнал? Он сам сознался. Вернее, представился. Сказал, что ловит шпионов и рассчитывает на мою помощь. Нормальный оказался дядька - не тянул кота за хвост, а сразу взял меня за горло:
- Не скажете ли, любезный, где и когда вы появились на свет, и кто ваши почтенные родители?
