«Вряд ли она забудет обо мне так уж быстро», – подумала Тиффани.
Роланд остановился, но она вырвала у него руку и побежала дальше. Винворт цеплялся за неё – от изумления он даже плакать перестал.
– Ты куда? – окликнул Роланд.
– Подальше от неё! Как можно дальше!
– Вернись! Ты же бежишь назад!
– Неправда! Я бегу прямо, никуда не сворачивая!
– Это же сон! – крикнул Роланд. На этот раз его голос раздался ближе – он почти догнал Тиффани. – Ты бегаешь по кру…
Тиффани с разбегу вылетела на поляну.
На ту самую поляну.
Шмелёвки опустились слева и справа от неё, а впереди воздвиглась Королева.
– Знаешь, – проговорила она, – я и правда ожидала от тебя большего, Тиффани. А теперь верни мне мальчика, и я подумаю, что делать дальше.
– Это не такой уж большой сон, – шепнул Роланд за спиной. – Если долго бежать, прибежишь туда, откуда начал…
– Я могу сотворить для тебя сон, такой маленький, что он будет ещё меньше тебя. Это больно, поверь… – с милой улыбкой сказала Королева.
Краски стали ярче. Звуки громче. И ещё Тиффани чувствовала какой-то запах, и это было странно, потому что до этой минуты никаких запахов не было.
Этот резкий, чуть горьковатый запах невозможно забыть. Запах снега. И сквозь гудение насекомых пробивались едва слышные голоса…
– Раскудрыть! Хде тута выход-та?
На другом краю поляны перед человеком, который колол орехи, остался последний орех. Огромный – Тиффани по пояс. И он слегка покачивался. Человек ударил по нему молотом, и орех откатился.
«Смотри на то, что есть на самом деле», – сказала себе Тиффани и рассмеялась.
Королева взглянула на неё озадаченно.
– По-твоему, это смешно? – резко спросила она. – Что смешного ты находишь в своём нынешнем положении?
– Просто забавная мысль в голову пришла, – сказала Тиффани.
Королева уставилась на неё тем недовольным взглядом, которым люди без чувства юмора отвечают на улыбку.
«А ты ведь не слишком-то умна, – подумала Тиффани. – Тебе это ни к чему. Ты привыкла получать всё, что захочешь, просто силой сна. Ты полагаешься лишь на свои сны, а думать тебе никогда не приходилось».
Она обернулась к Роланду и прошептала:
– Расколи орех! Не обращай внимания на то, что я буду делать, просто расколи его!
Мальчишка непонимающе таращился на неё.
– Что ты ему сказала? – рявкнула Королева.
– Попрощалась, – ответила Тиффани, крепче прижимая к себе брата. – Делай что хочешь, а брата я тебе не отдам!
– Ты знаешь, какого ты цвета внутри? – спросила Королева.
Тиффани молча покачала головой.
– Так скоро узнаешь, – пообещала Королева с улыбкой.
– У тебя на такое силы не хватит, – сказала Тиффани.
– Знаешь, ты права, – признала Королева. – Сотворить такое на самом деле действительно требует очень серьёзной магии. Но это мне и не нужно, деточка. Я могу заставить тебя поверить, что я делаю с тобой самые… страшные вещи. Не хочешь ли взмолиться о пощаде? Потом у тебя может не быть такой возможности.
Тиффани помедлила.
– Не-ет, – протянула она наконец. – Пожалуй, не буду.
Королева склонилась над ней. Её серые глаза заполнили собой весь мир.
– Все здесь надолго запомнят то, что вскоре случится, – сказала она.
– Да уж надеюсь, – сказала Тиффани. – Расколи. Орех.
И снова Королева на миг растерялась. Она не очень хорошо поспевала за резкими поворотами беседы.
– Что? А, да… – пробормотал Роланд.
– Что ты сказала ему? – спросила Королева.
Тиффани лягнула её ногой, куда дотянулась. Возможно, ведьмы так не поступают. Так поступают девятилетние девочки. Тиффани жалела, что не придумала ничего лучше. С другой стороны, на ней были хорошие крепкие башмаки и врезала она от души.
Королева встряхнула её за плечи:
– Зачем ты это сделала? Почему ты отказываешься меня слушаться? Все были бы счастливы, если бы просто меня слушались…
Тиффани посмотрела ей в глаза. Радужки были серыми, но зрачки – как два серебряных зеркальца.
«Я знаю, кто ты, – сказал Дальний Умысел. – Ты – та, кого жизнь ничему не учит. Ты ничегошеньки не знаешь о людях. Ты просто… большой ребёнок».
– Конфетку хочешь? – шепнула Тиффани.
За спиной у неё раздался крик. Вывернувшись на миг из королевской хватки, Тиффани успела увидеть, как Роланд сражается за молот. Вот он выдернул эту тяжеленную штуку из рук высокого человека и поднял над головой, попутно зашибив эльфа за спиной…
Молот обрушился вниз, но в этот самый миг Королева больно дёрнула Тиффани, заставив снова посмотреть на неё.
– Конфетку? – прошипела она. – Я тебе покажу кон…
– Раскудрыть! Кралька! И у ней нашая кельда!
– Долой Кральку! Долой господавов! Мал-мал свободен народ!
– Шышлык бы зарезал, да?
– Хватакс!
Тиффани была, возможно, единственным существом во всех мирах, сколько их есть, кто был рад услышать Нак-мак-Фиглей.
Они высыпались наружу из ореха. Некоторые до сих пор щеголяли в вечерних нарядах. Другие уже переоделись в килты. Но все были настроены подраться и, чтобы не терять времени, успели набрать обороты, сражаясь друг с дружкой.
Поляна опустела. Даже сны понимают, что лучше убраться подальше, когда на тебя катится ревущее, извергающее ругательства, синее с рыжиной цунами.
