— Просто попробуй, — сказала Луна, — у нас, на Райвенкло, уголок для животных есть в каждой спальне. Там насест, аквариум, лежанка и лабиринт. Я знаю, что у Чанг ядовитая жаба Агу в аквариуме живет. А у Элоизы Миджком вместо совы мышь летучая в спальне.
— Мышь? — заинтересовался я.
— Не только совы да вороны почту носят, — настоятельно сказал Джастин, — в магической Руси есть мини-дракончики
— А обычные люди? — спросил Невилл
— А пять тысяч галлеонов стоимости? — ответил Доджен.
— Ого!
— Зато, кроме хозяина никто письмо прочитать не сможет, и такой дракончик может дать отпор любому. Цена, правда, кусается. Да и расходы по содержанию тоже.
— Вот бы мне такого!
— Ну, так напиши бабушке или в «Зверинец», узнай есть ли они, стоимость и предметы ухода. Да, и аквариум с подставкой закажи.
— А где сову взять? — озадачился Невилл.
— У Поттера точно есть. Он ее в клетке возит, — ответила Луна. — Попроси, он тебе не откажет.
В коридоре послышалось отчетливое «Ква».
— А вот и пропажа нашлась, — весело сказала девочка, открыла дверь и вернулась, держа в руке квакушку.
— Ты бы ей банку трансфигурировал, что ли… — протянул Доджен.
Невилл взял обертку от шоколадной лягушки, которая валялась на столе и попробовал сделать банку. Мда-а-а… Это больше напоминало разбитый и склеенный графин. И как он до четвертого курса доучился?
Джастин махнул палочкой, и на столе стоял круглый аквариум с травкой и водичкой внутри.
— До утра продержится, — ответил он, помещая Тревора в стеклянный плен, — если сейчас отправишь заказ, — часов в десять вечера пришлют.
— Но у меня денег столько нет… — краснея стал говорить Невилл
— Лонгботтом, не строй из себя идиота, — раздраженно сказал я, — напиши в заказе «счет на леди Лонгботтом».
— А что с твоей палочкой, — неожиданно спросила Лавгуд гриффиндорца.
— Это папина. Мне бабушка ее отдала.
— Тогда понятно, — протянул я, — почему у тебя ничего не получается. Чужой много не наколдуешь.
— Но бабушка!
— О, Мерлин! — картинно вздохнул я, растягиваясь на полке. — Что тебе мешает в выходной день в Хогсмиде через камин сбегать в Косой и купить новую?
Невилл Лонгботтом крепко задумался.
— Я пойду… Сову попрошу… Спасибо… — парень в задумчивости вышел из купе.
В купе стало тихо. «Придира» перекочевала к Джеймсу, Луна читала что-то по травологии, а я дремал. Вкусный обед от Нарциссы Малфой приятно грел желудок.
С одной стороны, было немного жаль парня, затретированного бабушкой. С другой — а какой из него герой? Правильно — никакой. Бабка все верно рассчитала (или просто совпало), что тюфяк и мямля не заинтересуют его седобородое величество.
Доджен, ухмыляясь, читал журнал. Видимо, набрел на статью про Блэка. В ней описывались красоты Японии и работу японской правовой системы, а между строк читалось «Точно ли те, кто сидит в Азкабане, виноваты?». Люциус очень умело оперировал словами и красиво подбирал формулировки. Намеки и полунамеки в статье давали больше вопросов, чем ответов. Видимо, операция, «Вытащи родню из Азкабана» началась.
В этом номере журнала еще рассказывается о походе в магловское кафе, обмене валют в Гринготтсе, пара статей про реальных магических животных и статей шесть про выдуманный мир Лавгудов. Весть о том, что Луна пифия, очень быстро разлетелась по волшебному миру. Ее отцу приходилось отбиваться от предложений о помолвке. Меня тянуло, словно магнитом к ней, поэтому Лавгуд-старший просто ждал предложения от моей семьи.
— Драко, а что у тебя за палочка? — неожиданно спросил Джас.
— Новая.
— Я знаю, Кребб сказал, что свою ты оставил ради его жизни, — пафосно закончил он.
— Эта из металла, а внутри ртуть из какого-то магического источника. Может менять свою форму. — сказал я, доставая из крепления палочку, — Сейчас в форме прошлой. Руками не трогай.
— Отравит?
— Не отравит, но неприятно.
Джеймс и Луна с интересом посмотрели на артефакт. Я вновь спрятал его и повернулся на бок, намереваясь спать дальше. Стук колес убаюкивал, словно колыбельная.
Разбудили меня вполне стандартные позывы мочевого пузыря. Пришлось слезать с насиженного места и отправляться в туалет. На обратном пути из уборной заглянул к Креббу, Гойлу, Нотту и Забини. Посплетничав с парнями, направился в свое купе (нет, мужчины не сплетничают, мужчины ведут мужские разговоры про сиськи, письки, жопы и девок). Проходя мимо купе гриффиндорцев, опять застал безобразную ссору:
— Да ты нас променяла! Ты вообще…
Что именно «вообще» узнать было не суждено, в купе зашел я:
— Уизли, будь добр — заткнись! Твои вопли весь поезд слышит, — на меня смотрела злющая морда шестого, недовольная Поттера и обиженная Грейнджер.
— Отвали, слизень, мы сами разберемся!
— Это что? — сказал я, показывая на валяющуюся мантию Рона, — Ты в этом пойдешь? Серьезно? Ты пойдешь в шмотках своей сестры или это мамины?
Лицо рыжего покраснело до кончиков ушей.
