— Надо поторапливаться. Мы должны еще повидать всех остальных. Ты же знаешь, что Мелиссу нельзя ни на минуту оставить без внимания — она тут же может закатить сцену. Да и Тони без присмотра может черт знает что натворить.
Дик быстро взглянул на Пэт, когда он разыгрывал карту Тони. Опять он сделал безошибочный ход. Упоминание о Тони Валентино полностью заслонило собой все возможные вопроси о будущем доме, на которые Дик сейчас просто не был готов и не хотел отвечать.
— Дик, ты воплотил все мечты Тони в жизнь. Это что, плата за спасение вашей жизни?
— Послушай, Пэт. Неужели во всем обязательно должен быть какой-то смысл? А разве нельзя предположить, что все без всякого умысла? Может, он полностью подходит для роли, а? Я, например, в этом уверен. Спорю, что и ты.
Дик говорил нарочито резко, стараясь убедить девушку, что он бесстрастный судья, что он объективен, что он бизнесмен, человек, который не позволяет личному заслонить деловые качества людей. Пэт только ухмылялась, наблюдая его потуги.
— Дик, Тони несомненно талантлив. Но таких талантов вагон и маленькая тележка, как, впрочем, и опытных режиссеров. Ты обратил на него внимание и вытащил на свет. Надеюсь, что ты не пожалеешь об этом. Но меня ты не обманешь. У тебя должны быть какие-то личные мотивы для такого рода поступков. — Пэт нежно дотронулась до его рукава. Это еще не был жест любящей женщины. Пэт еще сама не знала, любит ли она Латхама. Однако они уже были достаточно близки, и об этом напоминала их недавняя близость уже в одной постели…
Дик довольно посмеялся. Это было что-то новое даже для него самого. Обычно, когда его вот так трогали, Дик раздражался и становился опасным. В случае с Пэт Паркер это и было опасным, но забавным.
— Ладно, Пэт, я тебе признаюсь. Мотивы очень неясные, даже для меня самого. Возможно, мне надо будет обратиться к психоаналитику. Но мне кажется, что у меня есть некоммерческие мотивы, чтобы воспользоваться дарованиями твоими, Пэт, и его… Я полагаю, я надеюсь, что смогу доказать всем правоту всех моих действий. Делать фильмы сегодня — все равно, что заниматься космическими разработками. По сумме вложенных денег и затратам труда эффект один и тот же… Я прикинул, кто может быть полезен в этом деле. Можно было пойти по самому простому пути и пригласить на открытие работы киностудии признанных знменитостей — Крузи, Хэнка или Мэрфи. Но тогда я вряд ли предстану героем, я буду обычным толстосумом который нанял талантливых людей, чтобы они заработали ему еще денег. К тому же их участие в работе киностудии может и не стать гарантом успеха. Вот я и подумал: если мой план удастся — я буду, нет, мы вместе с вами будем единственными, кто верил в победу. Конечно, я здорово рискую, но, если есть хоть один шанс я его попробую. Мы выпускаем первый фильм возрожденной киностудии «Космос». Сценаристы, критики, прокатчики — все подготовлены и ждут его выхода. Они готовы поверить мне только один раз, но все же они согласны это сделать. Я очень ценю их веру в меня, в вас. Ну и, конечно я рассчитываю на людское любопытство, которое может обеспечить половину успеха фильма… Вот и вся подноготная, все тайные мотивы. Если все получится я буду снова на коне, снова в лучах славы. Если будет провал — то все скажут, что какой-то богатый недоумок нз Голливуда решил пустить деньги на ветер и преуспел в том. Но я именно так хочу поступить. Хочу рискнуть и выиграть миллион! Это мой стиль, быть на грани риска, но быть подстрахованным… Твое и Тони мастерство залог успеха. Но я хочу предупредить, чтобы ты не использовал эти сведения в коммерческих целях, — полушутя-полусерьезно сказал Латхам.
— А я то хочу кое-что попробовать. Я хочу научить людей видеть мир. Я им покажу такие вещи, которых они никогда в жизни сами не заметили бы! — в восторге подхватила Пэт.
Она вскарабкалась на джип и уселась, свесив ноги в синих джинсах. Болтая ими взад-вперед, Пэт иногда наклонялась, и