Пэт постепенно притихла, веселое настроение сменилось сосредоточенным размышлением над новым этапом в ее жизни. Говорить — одно, но вот что-то реально сделать… Да, необходима уверенность в своих силах, чтобы создать в этом мире что-то свое, Пэт вспомнила все, через что ей пришлось пройти, пока она подошла к своему нынешнему уровню. Подумала, что это и много, и мало. Ей теперь предстояло освоить для себя абсолютно новую среду. Ей предстояло теперь постоянно иметь дело с Мелиссой Вэйн, чья мировая известность как киноактрисы соперничала лишь с ее же славой скандалистки… И конечно же, ей придется иметь дело с Тони Валентино С его чудовищной, гипертрофированной гордостью, с его ненавистью к ней, Пэт Паркер. Придется не раз иметь дело с человеком, встреча с которым всякий раз вызывала у нее воспонинания об их несостоявшейся любви… Ну, еще была надломленная тем же Тони Валентино Элисон Вандербильт. И какого черта ее потянуло в этот сладкий сироп, приманку для глупых мух, падких на яркие цвета и острые запахи? И вообще, кинобизнес — это тупиковая ветвь развития, кино умирает. Так что она здесь делает посреди всех этих целлулоидных зверей, героев, красавиц?..
Пэт, в который раз горестно вздохнув, покачнулась в джипе в такт движению машины, стараясь таким образом унять расшалившиеся нервы, дать выход нервной энергии.
— «Нью селебрити» вызвал большой шум и стал гвоздем сезона, — услышала она голос одного из журналистов, ехавших в том же джипе.
— Угу, — просто поддакнул Дик Латхам, словно это событие было вроде сводки погоды на завтра. — Пэт, — позвал он ее. — У нас целый портфель проектов и рекламных предложений. А ты еще не просмотрела ни один из них…
— А что собирается делать дальше Эмма Гиннес, после того как она опубликовала снимки обнаженного мужчины? — неожиданно спросила Пэт.
— Вот сама у нее об этом и спроси. Эмма будет с нами за ланчем.
— А что Эмма делает здесь? — резко обернулась Пэт к Латхаму.
Чувство вины неожиданно обрушилось на Пэт. Она не забыла те дни, когда гуляла по Брод-Бич вместе с англичанкой, слушая ее планы в отношении Дика Латхама. Тогда Эмма Гиннес была ее другом. Она пригласила Пэт работать в своем журнале и предложила ей деньги, которые Пэт нигде в другом месте заработать бы не смогла. В ответ на это в «Канал-Баре» Пэт покусилась на человека, на которого Эмма возлагала свои надежды. И не просто возлагала, а и надеялась построить с ним семейное счастье. В то время как Эмма отбивалась от зануды Томми Хаверса, она, Пэт, позволила Дику Латхаму проявить свои колдовские чары и завоевать ее. Пэт Паркер вспомнила, как опасно блеснули глаза Эммы Гиннес при упоминании о ее врагах. Теперь же Пэт со смешанным чувством вины, стыда, страха наблюдала, как рос и креп ее враг. Эмма не была человеком, над которым можно было безболезненно шутить. Под добродушной маской скрывался жестокий, холодный и расчетливый ум, не знающий пощады к врагам. Сейчас таким врагом Эммы стала сама Пэт. Осталось совсем немного ждать — скоро она услышит уже полетный свист стрел, выпущенных по ней…
— Эмма любит быть там, где происходят события, — ухмыльнулся Латхам.
— Скорее она предпочитает быть там, где ты бываешь, — поправила Пэт. Если Эмма начнет свою войну, то и Пэт должна принять меры для защиты.
— Это то же самое, — скромно сказал Латхам, не страдая ложной скромностью.
— Было бы лучше, чтобы Тони держался подальше от Эммы, — предложила Пэт.
— И от тебя, — добавил со смехом. Дик.
Пэт вздрогнула. Что он имел в виду? Эмма вдали от Тони, но и Пэт тоже…
— Ладно, мы приехали, — сказала Пэт, решив не обращать внимания на последние слова Латхама.
Джип забрался на самую верхотуру и остановился. Рядом было накрыто несколько праздничных столов, поднятых на специальную платформу в виде горного моста. Пэт подошла поближе к платформе и замерла в восхищении. С высоты птичьего полета открывалась панорама. Санта-Барбара и острова Каталины на западе, на востоке — Вэлли-Санта-Сусана граничала с горами Сан-Габриель, на юге виднелся залив Санта-Моника. Картина завораживала своей первозданной красотой. Суровые горы обрамлялись бирюзовым океаном на фоне темно-синего неба. Глубоко внизу из каньона поднимался вверх вертолет. Над ним кружили коршуны, нежась в теплых восходящих потоках воздуха и зорко выискивая мышь или еще что-нибудь съедобное, имевшее неосторожность попасться им на глаза.
Но присутствующие мало обращали внимание на красоты горного края. Все ожидали приезда гостей. Пэт и Латхам заметили, как подъехали несколько джипов с полуживыми от усталости журналистами. Но центр событий переместился к началу платформы, где появилась знаменитая Мелисса Вэйн. Она была в ярко-желтой мини-юбке от Готье и коричневом кожаном пиджаке.
— Привет, Дик! Привет, Пэт! — произнесла абсолютно нейтральным вежливым голосом актриса.