Диана долго смеялась, разглядывая эротический десерт, и сказала, что в нем явно пропадает творческий потенциал.
Он даже обиделся.
– Как это пропадает? Вот закончу писать, тогда посмотрим.
– Не обижайся, глупый. Я же шучу, – произнесла она, облизывая губы, на которых сок оставил яркие рыжие следы. – Предлагаю эти пухлые мандариновые дольки съесть тебе, пока я умываюсь. У меня все-таки стандартная сексуальная ориентация.
Она проскользнула мимо него и уже от двери добавила:
– Ты же сам говорил, что сходишь с ума, целуя мои губки.
Валентин сел на кровать и с удовольствием вдохнул свежий аромат цитрусовых, смешанный с пряным запахом вчерашней ночи.
За завтраком Диана рассказала о том, что руководству заказчика понравились эскизы, но он не готов сделать окончательный выбор, пока они не представят сценарий показа коллекции на подиуме.– А его нет. Точнее, он есть, но, как ты знаешь, мне совсем не нравится!
– Ты справишься… – хотел поддержать ее Валентин, но она не дала ему договорить.
– Это меня мучает, гнетет, раздражает. Я чувствую, что чего-то не хватает. Но не могу понять чего. На сцене должно произойти какое-то сильное действие. Неожиданное и яркое, которое заставит зрителя содрогнуться и запомнить представление. Я даже поругалась с Майклом, хотя он тут ни при чем. С него требует начальство – он требует с нас.
– А что у конкурентов?
– У них все стандартно. Черное с красным. И черное с белым. Это всегда выглядит вызывающе броско и выигрышно. – Диана задумчиво допила кофе и улыбнулась. – Давай не будем сегодня про работу. Надоело. Скажи лучше, как твои глаза. Ходил еще раз к доктору?
– Нет. Собираюсь на следующей неделе.
– Кстати, ты у меня там вчера ничего не заметил? – неожиданно перевела тему Диана, доверительно кивнув на створки длиннополого халата.
– Нет, а что? – Валентин немного смутился.
– Ну да, понятно. Тебе вчера было не до этого, – Диана по-доброму рассмеялась, с теплотой глядя на него своими чуть раскосыми глазами. – Извини. У меня там какое-то раздражение появилось. Наверное, после салона. Придется тоже сходить к врачу. А знаешь, на турбазе был такой забавный ресторан в стиле старинного замка.
Она встала и начала убирать посуду, обрисовывая ему интерьер ресторана. «Длинные-предлинные скатерти. Длинные-предлинные спинки стульев, такие, что даже шея вытягивается. Если месяц посидишь на стуле с такой спинкой, шея точно вырастет». Валентин рассеянно слушал и думал, как, интересно, она чувствует себя среди длинноногих моделей. Его давно мучил этот нелепый вопрос, но он не задавал его, боясь оскорбить Диану. Он подошел, обнял ее сзади и взял из ее рук посудную тряпку:
– Давай я…
– Нет, мне нравится мыть посуду. Не часто, конечно. Как будто смываешь с себя проблемы, накопившиеся за день. Становишься чище, что ли? Одно плохо: потом кожа на руках сохнет и весь маникюр на ногтях портится.
Она отдала ему тряпку, а сама стала расставлять чистую посуду.
– Диана, извини, а можно кое-что спросить?
– Тебе можно все.
– А тебе комфортно среди девушек-моделей?
– Еще как, – рассмеялась она. – Во-первых, я среди них одна такая сочная. А во-вторых, мне известны сотни других способов завоевать мужское сердце, кроме длинных ног. А почему ты спросил?
– Не знаю. Может, потому, что везде рекламируют только супермоделей.
– Странно. Ты представляешь, совсем недавно мне уже задавали этот вопрос. Такое ощущение, что мысль может быть материальна и приходит в голову сразу нескольким людям одновременно.
– Кто задавал? – Валентин напрягся.
– Леонид, – без тени смущения ответила Диана, расставляя посуду в шкаф, и добавила, повернувшись: – Совсем забыла, мы же завтра едем на пикник на озеро. У Леонида там небольшая яхта.
– Надеюсь, я тоже в числе приглашенных, – сдавленно произнес Валентин, почему-то не узнав свой голос.
– Нет. Я еду одна, с чужими мужчинами, – Диана присела около него и, обняв, прошептала, целуя в ушко. – Какой же ты несносный ревнивец. Это же шутка. Куда я без тебя. Разве кто-нибудь из этих мужчин способен придумать такой десерт?
