Продолжение истории духовного подвига хранителей священных знаний человечества – сакральной Авесты. Начавшись в империи Александра Македонского в IV веке до Р.Х., она нашла продолжение через две тысячи лет, когда на тех же территориях свои геополитические задачи уже решали империи века XX-го. Круговорот невероятных событий и хитросплетения человеческих судеб ведёт главных героев по пути нелёгкого выбора. С кем ты и на чьей стороне? Каково твоё предназначенье? Зачем мне свободная воля? Или судьба предрешена? Если нет, то где между ними граница? Кто её устанавливает?– Аиша, почему всё так сложно? – он обессиленно поник головой.– Всё просто Сергей. Бог у тебя на кончиках пальцев, на ресницах, в тебе. Ты и есть Бог. Дэвы. Они непрестанно, как эти мотыльки шелкопряда, бьются в твой дом. Даже не открывая форточки, ты отвлекаешься на их шум. А если откроешь её? Люди просто не утруждаются закрыть форточку…
Предисловие
Роман не претендует на историческую точность относительно описания восточного похода Искандера Малого. Однако опирается на известные научные факты, а художественный вымысел в нём, всего лишь заполняет белые пятна истории. Что же касается эпохи позднего СССР, то, кроме общих событий, некоторых героев, а также декораций времени и места – всё вымысел: никто Авесту никогда не искал…
11581 год от начала мира, согласно Авесте.
7491 год от библейского Сотворения мира.
6224 год от начала египетской цивилизации.
1983 год от Рождества Христова.
1403 год от мусульманской хиджры.
Не успел Кузнецов зайти в кабинет замначальника по разведке оперативно-войскового отдела в Душанбе, как тот накинулся на него с расспросами по Ассасину. Сергей пояснил, что группа убыла сегодня с офицерами Центра на полигон 201-й дивизии для проведения занятий по спецподготовке.
– Давай, сам Абдусаламову объясняй. Он меня уже обвинил, что я здесь с тобой, развёл какую-то самодеятельность и не владею обстановкой, – полковник закурил и протянул трубку закрытой связи. – При мне звони, чтобы я потом дураком опять не выглядел.
Кузнецов довёл информацию до генерала. Тот внимательно выслушал. Никаких уточняющих вопросов не задал, но объяснения подчинённого его явно не удовлетворили. Он что-то буркнул матерное, и, никак не аргументируя, повторил заявление про самодеятельность. Зачем-то вспомнил недавнюю глупую ситуацию про мнимую засаду, устроенную на разведчиков Кузнецова их же агентом. Упрекнул подполковника в волюнтаризме и неосторожности. В конце правда, успокоился, узнав, что старшим из Центра прилетел знакомый ему офицер управления боевой подготовки главного штаба Погранвойск. Данный полковник действительно числился старшим группы, но Сергей его даже не видел. Ему для занятий по огневой подготовке и минно-взрывному делу московские чекисты «подсунули» двух своих человек, специально для этого прибывших в Душанбе другим рейсом. Их-то он с сотрудником разведуправления и повёз на полигон.
В Институте языка и литературы имени Рудаки Кузнецова с нетерпением ждал профессор Ердоев. Сергей зашёл в сумрачный кабинет и остановился у двери, дабы хозяин хорошо его видел и беспрепятственно сам подошёл для приветствия. Как он понял в прошлый раз, пожилой мужчина, оказывается, имел привычку, здороваясь с гостем, снимать очки. Причём делал это, ещё не успев встать из-за стола. Была бы шляпа, он снимал бы, наверное, её, но за отсутствием таковой, символическим знаком уважения являлся именно ритуальный жест с очками. А судя по их массивной оправе и толстенным линзам, зрение у профессора страдало очень сильно. Поэтому, разглядев визитёра и разоружив после глаза, к гостю, он направлялся уже «по приборам». Корректировка на маршруте, вероятно, была проблематичной, и при их знакомстве, учёный чуть не сбил Сергея, который опрометчиво сделать несколько шагов навстречу.
– Сергей Васильевич, наконец-то Вы добрались до меня. Присаживайтесь, – профессор, взяв офицера под локоть, позволил ему довести себя до стола и, нащупав столешницу, отодвинул гостю ближайший стул.
Сел на место, пошарил рукой, нашёл очки и, водрузив их на нос, широко улыбнулся:
– Я перевёл Ваш текст, и, по-моему, это сенсация, если, конечно, не чья-то гениальная фальсификация. Будете чай?
– Да. Если можно. Я, кстати, привёз Вам бакшиш, очень хороший молочный улун, – подполковник положил на стол бумажный кулёк.
Ердоев открыл его и шумно вдохнул аромат:
– Вай-вай-вай! Какой запах! Контрабандный товар? – хозяин громко засмеялся, подражая интонации героя из известного фильма.
– Всю контрабанду делают в Одессе, на малой Арнаутской, – поддержал весёлый настрой собеседника Кузнецов.
Хозяин заварил подаренный чай и разлил напиток в пиалы. Поставил на стол чашечку с колотым фруктовым сахаром нежно золотистого цвета. Хотел было закурить, но, глубоко вдохнув, передумал:
