Малое прекрасно полностью

Выйти из этого положения можно только путем упорного систематического развития Первой Сферы Познания, ведь только через нее мы обретаем прозрения, необходимые для развития Второй Сферы Познания — знания внутреннего опыта других существ.

К внутреннему миру ближнего можно относиться серьезно при условии серьезного отношения к собственному внутреннему миру. Что это значит? Это значит, что я должен войти в состояние, в котором могу по-настоящему наблюдать происходящее, и понимать то, что я наблюдаю. В наше время считается, что человек — существо социальное, что «человек не остров, затерянный посреди океана» (Джон Дон, 1571–1631). Поэтому звучит немало призывов если уж не любить, то, по крайней мере, не ненавидеть своего ближнего, и относиться к нему с терпимостью, состраданием и пониманием. В то же время до самопознания почти никому и дела нет, за исключением случаев, в которых оно активно подавляется. Невозможно полюбить ближнего, не полюбив себя; нельзя понять ближнего, не поняв себя; нельзя узнать «невидимого человека» в другом, кроме как через самопознание — об этих фундаментальных истинах забыли даже многие служители мировых религий.

Следовательно, призывы ни к чему не приведут. Истинное понимание ближнего своего сменилось сентиментальностью, от которой, разумеется, не остается и следа, как только личные интересы оказываются под угрозой и по отношению к соседу возникают какие-либо опасения. Достоверное знание уступает место предположениям, пустым теориям и домыслам. Огромная популярность самых грубых и низких психологических и экономических учений, якобы «объясняющих» действия и мотивы других людей (но ни в коем случае не нас самих!), свидетельствует о катастрофических последствиях современного невежества во Второй Сфере Познания, которое, в свою очередь, напрямую обусловлено отказом заниматься Первой Сферой Познания, самопознанием.

Стоит кому-то открыто отправиться в путешествие внутрь себя, оставить бесконечную суету повседневной жизни и заняться сатипаттханой, йогой, молитвой Иисусовой или схожей практикой, без которой истинное самопознание недостижимо, его тут же обвинят в эгоизме и пренебрежении своими общественными обязанностями. Между тем, по мере того, как в мире растет число неразрешимых проблем, все жалуются на недостаток или даже полное отсутствие «мудрых» людей, бескорыстных руководителей, надежных советчиков и т. д. Вряд ли разумно ожидать таких высоких качеств от людей, что никогда в жизни не занимались никакой внутренней работой и даже не понимают значения этих слов. Они могут считать себя добропорядочными, законопослушными людьми и хорошими гражданами; возможно «гуманистами» или даже «верующими». Их мнение о себе не имеет никакого значения. Как шарманка, они играют механическую музыку; как компьютеры они выполняют когда-то написанные программы. Программист же спит.

Важная часть современной «программы» — отвержение религии как приторного нравоучения, устаревшего, ритуального догматизма. Таким образом, отбрасывается именно та сила, возможно единственная, что могла бы пробудить нас и поднять на истинно человеческий уровень, уровень осознанности, самоконтроля, знания себя и, таким образом, знания и понимания других, и что наделила бы нас способностью помогать им, когда это необходимо.

Говорят, что все дело в общении. Не спорю. Но общение, как мы видели, подразумевает два «превращения» — измысли в символ и затем обратно, из символа в мысль. Символы не понять как математическую формулу, необходимо ощутить их значение внутри. Распознать их должным образом может не сознание, но лишь осознанность. Так, жест невозможно понять рациональным мышлением; необходимо осознать его значение внутри себя, в большей степени телом, чем головой. Иногда понять настроение или чувства другого человека можно только имитируя его позу, жесты и мимику. Существует странная и таинственная связь между внутренним-невидимым и внешним-видимым. Уильям Джэймс, интересовавшийся телесным выражением эмоций, выдвинул теорию, что испытываемая нами эмоция — всего лишь ощущение некоторых телесных изменений: