– О, не сомневаюсь, что получу, – рассмеялся де Гини и повернулся к Аликс: – Видите ли, моя дорогая Аликс, пока вы отсутствовали, я много думал над теми печальными событиями, в которые мы с вами попали. Вы можете сказать, что в них нет ничего общего, однако это не так. У вас есть титул, но нет замка, а у меня есть замок, но нет титула. Я думаю, что, объединив наши нужды, говоря иначе, скрепив их браком, мы разрешим наши проблемы.
– Вы сами не понимаете, что говорите, – возмутилась Аликс. – Я только что овдовела. Я не могу выйти замуж. Меня надо поместить в монастырь. Вы сами говорили об этом.
– Я думал о многих вещах, включая и ту, что вы носите на шее, – мальтийскую звезду.
– Это пустяк, семейная реликвия, и она не обладает никакой силой.
Но, произнося эти слова, Аликс знала, что лжет.
– Гай Арнонкур думал совсем иначе. Его брат Бельден тоже не согласился бы с вашим утверждением. Они считали, что этот амулет обладает необыкновенной силой, особенно когда его носит Магдалена.
– У вас уже есть Мерсье. Вам не надо вступать в брак, чтобы завладеть им.
– Возможно, и нет, – задумчиво произнес де Гини. – А может, и да. Есть вещь, более ценная для меня, чем замок, – вещь, обладание которой поможет мне удержать эту крепость.
– Вам поможет удержать ее герцог Бургундский, – презрительно фыркнула Аликс. – Он именно та сила, в которой вы нуждаетесь. Я же вам не нужна, и я никогда не выйду за вас замуж. Вы убили моего мужа, или вы забыли об этом?
– Конечно, нет, мадам, и советую вам тоже этого не забывать. Робера де Мерсье нет, но остались те, кто может разделить его судьбу. – Он посмотрел на Софи. – Женщины… и даже дети. Грядущая война смешает все карты. Всякое может случиться в наше время.
– Вы не осмелитесь выступить против аббата От-Флера! Вы не осмелитесь направить войска в такое святое место – вскричала Аликс.
– Конечно, нет, – согласился Гини. – Но может произойти несчастный случай. Удар ножа…
Его плоская шутка вызвала взрыв смеха такого громкого и такого долгого, что он почти поглотил слова Северина:
– Я вызываю вас на дуэль.
– Меня? – удивленно спросил де Гини. В зале наступила тишина. – На что?
– На рыцарский поединок, – ответил Бригант, глядя де Гини прямо в глаза и продолжая держать Аликс за руку.
– Вы сумасшедший, – хмыкнул де Гини, – не отводя взгляда. – Если я захочу, она будет моей. – Когда приедет мой брат, он может привезти с собой епископа; Леди де Мерсье обязана носить траур два года, но я могу попросить епископа его отменить. Всегда могут быть сделаны исключения, особенно для меня. В интересах брата оставить этот замок в надежных руках.
– И вы считаете, что в моих интересах выйти замуж за человека, который убил моего мужа? – Аликс была слишком сердита, чтобы бояться. – Вы не боитесь, что Господь на своем суде накажет вас за такое святотатство? Вы убили моего мужа!
– А вам, миледи, я советую перестать надеяться на безоблачное будущее и задуматься над тем, что с вами может случиться, если вы мне откажете.
– Рыцарский поединок, – снова предложил Северин. – Он покажет, кому будет принадлежать леди Аликс.
– И кто уложит ее в постель, – добавил де Гини.
– Да, и кто уложит ее в постель.
Рука Северина снова легла на рукоять меча. Аликс попыталась вырваться, но он крепко сжимал ее пальцы. Она все еще не понимала, как понимал он, насколько опасен может быть де Гини.
– Я вызываю вас на поединок за руку леди Аликс. Хочу вам только кое-что напомнить: на протяжении столетий каждый английский король вызывал своего французского соперника разрешать дело согласно рыцарской чести – один человек, одна пика. Сражаться до смерти. Соглашайся, де Гини. Ведь ты не можешь убивать только спящих людей.
– Никаких смертей! – вмешалась Аликс. – Я не хочу никакого мужа. Я хочу в монастырь. Давайте прекратим этот разговор.
Но никто уже не обращал на нее внимания. Она, похоже, уже не была причиной ссоры двух мужчин. Причиной было что-то более личное.
Де Гини посмотрел на Северина и улыбнулся:
– Здесь замешано нечто большее, чем я ожидал. Наш рыцарь Бригант влюбился. Он готов пожертвовать священным долгом перед отцом ради прекрасной ручки леди Аликс или, возможно, ради мальтийской звезды и ее силы, которая его манит.
Северин промолчал, но Аликс почувствовала, как он напрягся.
В комнате повисла напряженная тишина. Не было слышно пи звука, даже треск дров в камине затих.
– Ну, если не это, то, значит, замок Мерсье. Ты хочешь заполучить замок, который я завоевал?
– У меня нет ни малейшего желания им владеть. Я предлагаю вам честный выход из создавшегося положения. Никто не посмеет отобрать у человека то, что он выиграл в честном рыцарском поединке. Даже сам герцог не посмеет этого сделать.
Де Гини был слишком хитер, чтобы показать свою заинтересованность.
– Завтра при свете утра, – отчеканил Северин. – Если вы, – конечно, не побоитесь выступить против человека проснувшегося и вооруженного. Вам делает вызов живой человек, а не тот, кого вы убили, когда он лежал в постели голый и беззащитный.
