Вера Яновна ушла «в себя» и, отдав в «лапы» Адриано своего Андрея, шла сзади. Но вдруг она вскинула голову наверх — в углу под крышей соседнего здания располагалась гипсовая голова Фемиды, с завязанными глазами над «весами справедливости».
Женщина встала как вкопанная. Адриано заметил этот интерес во взгляде Веры и сказал:
— В этом здании раньше был суд.
Андрей тихонечко по-русски сказал Вере:
— А она ведь через повязку смотрит на нас! И весы покачиваются! Вон: в одной чаше сова, в другой — птичка-невеличка…
— Мы сегодня ночью потуже завяжем ей глаза! — шепнула по-русски женщина на ухо Андрею.
Тот понял по решительному взгляду Веры Яновны, что у ней в голове зреет план.
Экскурсия заканчивалась в церкви Св. Павла. Андрей и Адриано сели в дальнем углу от алтаря и живо обсуждали житие апостола. Они обходились уже без Верочкиной помощи, понимая язык жестов и смысл отдельных слов на английском и итальянском.
Вера Яновна, наблюдая за ними, подумала: «Какое стечение удивительных обстоятельств. Русский доцент истории с далекого Урала, православный, так дружелюбно беседует с итальянским богословом-католиком в католическом храме! Значит возможно
Андрей попросил через Веру у Адриано точного ответа на вопрос: что это была за змея, там на Мальте, после кораблекрушения?
Итальянец ответил без малейшего промедления:
— Конечно —
Выйдя из храма, наши путешественники тепло попрощались с итальянскими друзьями. По просьбе Адриано, Андрей Петрович обещал переслать по электронной почте свою повесть. Тот заверил автора, что сам организует качественные перевод и редакцию и за счет своего департамента издаст тиражом не менее 1000 экземпляров. 10 из них он отправит Андрею в Россию.
— Мы будем ждать личной встречи в Петербурге! — Верочка обволокла итальянца нежным взглядом.
Каждый из группы трижды расцеловались с русскими туристами.
— Если со знакомыми итальянцами не расцеловываться при встрече и прощании, он воспримут это по меньшей мере как невежливость, — бросила уже на ходу Вера Яновна.
Когда парочка села в машину, женщина сказала спутнику:
— Я заметила по дороге сюда небольшую сельскую тратторию. Вот увидишь, что там хоть и непритязательно, но тихо, прохладно и вкусно готовят.
— А я заметил, как ты кокетничала с Адриано.
— Глупости. Он «запал» на тебя, точнее на твой интеллект. И вообще, ты — русский европеец, и внешность тоже. Ты что-то не договариваешь о своей родословной…
— Да, это правда. Некая тонкая ниточка генеалогического древа «растет» из Польши, от знатного рода Печерских. Но установить что-то точно, в датах, я не могу. Это начало прошлого века. Потом революция и прочее.
— Я чувствовала польскую кровь! И бабуля почувствовала. И твоя любовь к католической европейской культуре — зов крови. Он не умолкает никогда.
Они обедали на уютной террасе. Заказали супы, большую тарелку кускуса с рыбой, большую сырную тарелку, пасту, мясные ломтики, свернутые в трубочку с различной начинкой. Также заказали домашнего вина: Мальвазию и Марсалу.
— Это как раз на два часа: объесться и упиться, — раздраженно сказал Андрей Петрович.
Вера Яновна выпила полный бокал вина, налила снова и, сосредоточенно, глядя как играет свет в бокале, начала говорить твердым размеренным голосом:
— Сейчас 16 часов. Пусть 1,5 часа уйдет на «обед с размышлениями». У меня созрел план! Его нужно обсудить, причем, наверное детали обдумаем позже и посоветуемся. Но детали важны! Сейчас важно уяснить генеральный тренд плана.
— Хорошо, я слушаю.
— Тебе, фельдмаршал, необходимо этой ночью проникнуть в крипту катакомб Св. Иоанна. Помогать тебе будет Ирина. Я в это время буду отвлекать беседой Ричарда в «Караваджо», — пауза, — если вы, ты и Ирина, откажетесь, я все сделаю одна! — голос и взгляд ее были необычайно требовательными.
— Я готов, но без Иришки.
Мужчина сосредоточенно смотрел то в глаза женщины, то на ее губы.
— Нет! Она участвует в плане по нескольким важнейшим позициям.
Мужчина и женщина делали необходимые паузы, чтобы закусывать и обдумывать зреющий план.
В какой-то момент Андрей улыбнулся, откинув назад голову.
— Выкладывай: чему улыбаешься?
— Я немного «погрузил» свою фантазию в крипту и вдруг вспомнил шутку своего завкафедрой: «Если хочешь рассмешить Бога, расскажи ему о своих планах».
— Не смешно.
— За удачу! — предложил в извинение мужчина, подняв бокал.
