Помню, был такой случай. Я ехала утром в трамвае, вся понурая, сонная, скажем так, не в духе. Причин – совокупность: на улице – мерзкий ноябрь, впереди – две пары ненавистной машинописи, жизнь в мои восемнадцать берет и проходит мимо… Тут двери открылись, и в вагон вплыла Ада.Резко началось волнение сонных масс трудящихся. Мужчины свернули шеи, некоторые забыли выйти на своей остановке, женщины начали выпрямлять спины, поправлять некрашеные волосы под зимними шапками, а дети улыбаться. Довольно симпатичный молодой алкаш, до этого отпускавший хамоватые шуточки ниже пояса относительно всех входящих в трамвай дам, в одно касание превратился в джентльмена, вскочил с нагретого места, галантно предложив его Аде, преподнес в подарок свой измятый билетик в обмен ее на легкую улыбку и благосклонный кивок. Я завороженно наблюдала сцену под названием «явление Дивы народу», судорожно рылась в школьной сумке, пытаясь найти косметичку, – нужно было срочно хоть как-то украсить свой утренний понурый фейс, пока преподаватель меня не заметила. Немедленно захотелось потянуться всем телом, встать на цыпочки, помыть голову и наконец-то найти красную помаду. Что могла в предлагаемых условиях, то сделала и походкой «как по веревочке, от бедра» двинулась к «ах, какой женщине» здороваться. Она сидела на месте алкаша и спокойно смотрела в окно. Парень, чудесным образом резко протрезвевший, возвышался над ней, оберегая пространство и зорко следя, чтоб никто случайно не задел предмет его обожания в утренней толкотне трамвая. Я протискивалась сквозь толпу, передо мной, понятное дело, никто не расступался, наоборот, топтались по ногам, норовили случайно больно толкнуть локтем и постоянно шикали, как на уличную кошку. Внезапно начали подступать слезы. Почему-то физически захотелось поскорей добраться до Ады, как будто там был волшебный очерченный круг, где тебя никто никогда не обидит.
Мне нравилось участвовать в самодеятельности. Ада правильно распределяла роли, используя максимальный потенциал каждого «актёра». Много шуток, песен, движения. Парни и девушки фанатично втянулись в репетиционный процесс, придумывали смешные реплики, шили костюмы, создавали декорации, миксовали музыкальные треки.
Удивительным образом этот нехитрый местечковый спектакль превратился во вполне себе приличный мини-мюзикл. Выступление нашей агитбригады произвело фурор на Первомайском празднике в училище. Смеялись все, даже дирекция и приглашенные шишки из Министерства Образования. Постановка была двуязычная, русско-латышская, вполне себе в духе времени набиравшего политическое влияние Национального Фронта. В общем, наш творческий коллектив начал гастролировать по латвийским городам и весям. Выступали мы в основном в школах, таким образом агитируя неопределившихся с профессией учеников поступать в строительное училище. Штукатуры и сантехники всегда были в дефиците, а с нашей пиар-компанией и на курс секретарей-референтов тоже образовался сумасшедший конкурс. Вот она – волшебная сила искусства в действии. Это был мой первый рекламный опыт работы в команде. Удачный, надо сказать!
Тогда я сделала выводы.Если нам кто-то нравится как личность, нужно быть к нему поближе и совсем не стыдно его копировать. Таким образом мы будем перенимать и развивать его лучшие качества в себе. Например, умение стильно одеваться, хороший вкус, творческие способности. Да все что угодно, хотя бы красивую походку и умение держать спину.Идеальные люди скучны, гармония всегда – в дозированном сочетании изъяна, несоответствия общепринятому тренду, уникального стиля и харизмы. Казаться всем красавицей невозможно, да и не продуктивно, а вот быть притягательной, пусть для некоторых, гораздо выгоднее.
Год в училище меня изменил. Я повзрослела, увидела другую сторону, казалось бы, одинаковой социалистической жизни. Поняла, что «все равны, но кто-то ровнее».
Группа наша была, так сказать, элитарной, а вот на строительные профессии шли парни и девушки из неблагополучных семей и детских домов. Благодаря агитбригадовским репетициям и совместным гастролям, особенно в Евпаторию, мы по-настоящему сдружились. Кстати, далеко не все из этих ребят были хамоватым пьющим быдлом, как обычно принято считать в тусовках мажоров.Очень многие – талантливые, добрые, с амбициями. И то, что им нечего терять, большинству сыграло на руку в лихие девяностые. Риск – благородное дело, плюс сиротско-афганское братство очень даже позволяло в смутные бесхозные годы развала великой страны, заработать огромные стартовые капиталы, удачно вложенные сейчас через образованных менеджеров в строительные корпорации и агентства недвижимости.
В Евпаторию мы поехали в июне, после экзаменов. Диплом – в кармане. Все трудоустроены. Мы молоды и прекрасны. Нас ждут великие дела!
