Первые две строки по-прежнему темны для меня, хотя я много размышлял над ними. Долго я гадал, что тут подразумевается под «брешью веков» — уж не намек ли это на то время, когда драконы, потеряв в схватке с Владыкой демонов многих из своих сородичей, покинули Колмар? Мне пришло в голову, что эта самая брешь — если она означает разрыв отношений между кантри и гедри, — возможно, уже «излечена», ибо от тех, кто сопровождал Марика в путешествии, я слышал, что его дочь Ланен вместе со своими друзьями была доставлена на корабль самими драконами. Но я не имею ни малейшего представления, что это за «разлученные», которые должны «обрести единство». За неимением прочих толкований предполагаю, что «потерянные» — это либо трелли, либо ракши, демоны, что были обречены на изгнание из этого мира со времен Выбора. Но племя треллей быстро пришло в упадок и спустя столетия вымерло, в живых не осталось ни одного. Поэтому я допускаю, что «потерянные» — это ракши, которые лишены тела как такового и не могут жить сами по себе в этом мире. Следовательно, моя задача — каким-то образом предоставить тело (или даже несколько тел) хотя бы для одного из ракшасов, дабы сбылось пророчество.
Тем не менее исследования мои не прошли даром: я о многом узнал. Тот, кто верит в силу пророчества, но при этом не делает никаких приготовлений, в лучшем случае глупец, а в худшем — мертвец. Поэтому я потихоньку следил за тем, чтобы всех отпрысков королей Колмара постигли какие-либо несчастные случаи. Но не одновременно, прошу заметить, а с промежутками в многие годы, и при этом без каких-либо следов присутствия злых сил — и уж тем более без малейшей возможности отнести причину смерти этих бедняг на мой счет. Крайне полезно иметь в своем распоряжении купеческую гильдию Марика. Ее представительства есть в каждом городе, и везде имеется свой целитель. А многие из целителей — мои люди, тщательно отобранные для этой цели. Как ни крути, а для целителей взывать к магической силе — привычное дело. А отсюда всего один шаг к взаимодействию с демонами, и очень многие, если землю у них под ногами щедро посыпать серебром, соглашаются сделать этот шаг.
Что касается «излеченной бреши», то я крепко подозреваю, что самую большую угрозу моим замыслам таят в себе именно великие драконы, раз им теперь вновь известно о нас и они заключили союз с той самой, которая нужна мне для моих целей. Прежде я не считал их опасными и не думал, что они могут встать у меня на пути: они ведь пребывают на своем острове далеко к западу, поэтому я совершенно не принимал их в расчет, пока злополучная поездка Марика за драгоценными лансиповыми листьями не всколыхнула их, превратив их логово в потревоженный муравейник. По всем сведениям, трое человек были доставлены на корабли самими драконами, бережно и осторожно, хотя прежде эти твари лишь убивали людей! Самое большее, что позволяли людям драконы ранее, — это собирать лансип, который растет только там, и любого, кто осмеливался пересечь установленную границу, они предавали смерти. А тут вдруг ни с того ни с сего встали на защиту горбатой старухи, невесть откуда взявшегося человека с серебристыми волосами и давно потерянной дочери Марика, Ланен. Так мне рассказывали те, кто был там...
Покидая комнату, предназначенную для вызова демонов, я зажег потайной фонарь и задул свечи. Быстрым движением руки и коротким шепотом я запер дверь и запечатал ее заклятием, чтобы не дать возможности чьим-нибудь любопытным глазам увидеть то, что находится внутри. Любой мог бы найти дверь и постучать, но стоит ему взяться за ручку, как он тотчас же забудет, зачем явился сюда, и побредет прочь. Маловероятно, что кому-то вообще удастся сюда пробраться, но перестраховаться никогда не мешает. Все это совершенно безвредно, ибо сотворено с помощью чистой силы и не запятнано ракшасовой скверной.
Свет от фонаря освещал мне обратный путь — вверх по узкой лестнице, ведущей к моим уединенным покоям в школе. Войдя туда через потайную дверь возле камина, я зажег побольше свечей и уселся за свой стол. Нужно было о многом поразмыслить.
