"Кейдра, что случилось? У тебя голос не лучше, чем у него. Шикрар, друг мой сердечный, умоляю: скажи, что так терзает твое сердце? Мне слышна твоя боль, и сердце мое вторит ей. Но ведь с Кейдрой все в порядке? Это... - Я вдруг замолчал, охваченный недоумением.— Шикрар, как же... что стряслось с тобою? Мне издавна известна твоя печаль, еще с юности; но сейчас она вновь заливает твое сердце кровью, словно свежая рана. Этого не может быть..."
К величайшему своему облегчению, я наконец расслышал в его ответе какой-то намек, по которому понял, что он начал приходить в себя.
«Акхор, друг мой надежный, голос твой — словно целебное снадобье для моей истерзанной души. Увы, Акхоришаан! Это из-за вызова Предков. Обряд только что завершился. Акхор... я не мог ее остановить. Йрайс... Йрайс — она говорила через меня, говорила с Кейдрой, благословила малыша Щеррока. Я слышал ее голос, ее речи, чувствовал прикосновение ее души... о любовь моя! Акхор, Акхор, это была Йрайс!»
Я опустил голову — насколько мог, несмотря на боль в голове, с каждым мигом усиливавшуюся. Шикрар обрел супружеское счастье совсем ненадолго — Йрайс скоро покинула нас. Любовь их была необычайной даже среди народа, которому не чужды подобные страсти; горе же было глубоко, точно море, и столь же беспредельно.
«Не знаю, что и сказать, преданный и сердечный мой друг. Могу ли я что-нибудь сделать?»
«Нет, Акхор, не бойся за меня. Я начинаю приходить в себя. Но, увы! рана моя никогда не излечится!»
Я был бы до крайности поражен его душевной мукой, если бы не знал, насколько глубока была любовь Шикрара и как долго он был охвачен горем после гибели своей возлюбленной. Я мог лишь назвать его по имени, без слов давая ему понять, что дружба моя всегда с ним, пытаясь успокоить его. Счастье, что его испытание вызовом Предков было позади, ибо как только большая часть его горя прошла, едва он почувствовал прикосновение моего разума и ощутил поддержку собственного сына, удостоверился в нашей любви, в крепкой дружбе — его тут же охватил сон, ласковый, но неминуемый.
"Да принесет сон ему исцеление, - произнес я негромко, обращаясь к Кейдре. — Много ли ты узнал об исходе обряда Вызова, прежде чем..."
Я почувствовал, как Кейдра невесело улыбнулся.
«Не беспокойся об этом, государь Акхор... Прости, мне следует величать тебя — государь Вариен».
Я тоже улыбнулся.
«Я отзываюсь на оба имени, Кейдра. Ланен частенько зовет меня Акором, даже не осознавая этого. Все-таки долгое время меня величали именно так».
