— Это "Камень Душ", — как-то очень уж спокойно произнёс Хэрн, а делает он так всегда когда хочет меня успокоить. Неужели…
Я потрясённо молчал из-за своей догадки. Сперва "Слезы души", а теперь что, после навыка тёмной магии, вот эта красота и как выразился Хэрн очень опасная вещь?
— Я всё правильно понял… ?, — тихо спросил я.
— Им всем тысячелетия циклов, но этот сегодняшний. Знакомься, — верховный маг Ергонии. Такого не случалось даже при правлении эльфов. Берегись. Это я знаю, что он новый, больше никто, но любое подозрение, что ты можешь их плодить и мы погибнем, или всю оставшуюся жизнь проведём под замком. Камней у меня семь. Стоимость у них невероятная. Но продать нам их не судьба, это смертный приговор или пожизненное заточение. Даже то, что они у нас есть это приговор. Помни об этом. Не каждый магистр или король может похвастаться наличием хотя бы одного камня в своей сокровищнице, — Хэрн тяжело вздохнул, — Может вернёмся в лагуну?, — прошептал он.
Я поражён. Нет не камнями, а именно реакцией Хэрна. Как он испуган. Но и я не меньше испуган. Всё успокоиться или потеряем бдительность и это может привести к трагедии.
— Хэрн, соберись! Никто ничего не узнает. Давай их сюда. Получится, я постараюсь вылечить лошадку.
Я достал из контейнеров камни Хаоса.
— Принеси мой мешок. Там у меня моя шкатулка для камней. А свои камни дай сюда.
Пока Хэрн бегал за мешком я поменял камни в поясе. Камни Хаоса потом в шкатулку сложу, а пока… Мысленный посыл и перед глазами большой бездонный колодец. Вот это да. И что я раньше так на свой контейнер не смотрел. Вот и Хэрн вернулся с моим мешком.
— Беги, отдыхай, больше, надеюсь, тебя отрывать не буду.
— Я тебе ещё яблочек целую корзину принёс. Поешь, пока мы ужин не сварим.
— Кстати Хэрн, как там ребята, с которых сняли ошейники?
— Нормально, спят… связанные. Сегодня ими уже заниматься не будем, а вот завтра тебе придётся у них клятву на крови принять.
— Мне?, — не понял я, — Причём тут я?
— Никто не сможет держать их в подчинении. Они бывшие рабы, не пленники, они были рабами, а это накладывает определённые сложности во взаимоотношениях. Они становятся опасными и неуправляемыми. И если их в армию забрать сам понимаешь, такой нервный контингент некому не нужен.
— Но я-то тут причём? Мне они зачем, все сто восемьдесят человек. Что я с ними делать буду?
— Я не знаю! Но и так просто их отпускать нельзя, они однозначно бандитствовать начнут, мстить всем подряд без разбора. Проще их казнить, а так, если принять клятву подкреплённую магией крови, они вернутся к нормальной жизни. Смогут жить среди общества и зарабатывать себе авторитет, пошатнувшийся, когда на них ошейники одели. Но решать тебе конечно. И там что-то тёмные намутили с их прежней клятвой. И плетение тёмное на них, верховного нет, так что тебе разбираться больше всё-равно некому!
Гады! Просто гады. Проблемы набегают как снежный ком. И эти проблемы все пытаются перекинуть на мои хрупкие плечи и при этом совершенно им всем не стыдно.
— Я подумаю. Всё, беги. Тебя дамы ждут, не дождутся.
Хэрн усмехнулся.
— Мы сейчас только тебе в палатку вещи собранные с балохонщиков занесём. Спать будешь здесь. Кушать принесём. Можешь пока коняжкой позаниматься, кто знает, а вдруг повезёт и у тебя получится его вылечить. Но если такое произойдёт. Сразу предупреждаю, выпускать коня надо будет только когда будет уже темно или ещё темно. Я уверен граф не дурак и за нами, сам понимаешь, очень плотно наблюдают. Особенно за тем, что связано с лошадьми. Всё я убежал!
Он-то убежал, а меня оставил с ворохом мыслей и все с вопросом, — как быть? Отвлечёмся и займёмся лошадью, которая так терпеливо и главное спокойно ждёт помощи. Ждет, не смотря ни на что и в глазах у неё такой укор и надежда и становится на душе от её взгляда очень не по себе. Я подошёл и погладил коня по шее. А интересно это конь или кобыла? Я не великий специалист в этих делах но, похоже что всё-таки конь.
Я думаю после того как Хэрн занесёт вещи попробовать присоединиться к энергетическим каналам этой ходячей батарейки и постараться как при зарядке от алтаря перекачать в камни энергию. Даже не скажу, к какому типу манны она относится. А пока есть время, немного поизучаем, то с чем пришлось столкнуться.
Хэрн вместе с Мартином занесли в палатку четыре тюка и бросили их возле второго выхода, полностью его перекрыв. Вид у ребят радостный предвкушающий все в ожидании чудес и телесного наслаждения и ни у кого не возникаем чувства самосохранения. Никто не думает о последствиях. Мужики везде одинаковые. Все свято верят в нерушимость данного слова и честь. А про государственную необходимость ребята видно ни разу и не слышали и с ней не сталкивались, к счастью.
