— А драконы?, — послышался приглушённый испуганный голос главного сокола.
— Ну, уж извини, шкуры не прихватил!, — сказал Хэрн разведя руками в стороны, — так, только чешуйки содрал на память!
Удивление, восхищение, страх. Все чувства перемешались на лицах, собравшихся в зале.
— Уважаемый Гун, твоему заведению в знак признательности за прекрасный сервиз и обслуживание и восхитительное вино твоих погребов дарю тебе совершенно бесплатно сие чудо с опилками. Поставь его куда-нибудь в уголок и когда станешь по мне скучать, посмотри на эту рожу и сразу вспомнишь мою!
Ох и хитрец Хэрн. Одним ударом и леща подкинул трактирщику и рекламу сделал нашему товару и огромный кредит открыл, ибо достойный Гун наотрез отказался брать с нас деньги за постой. А реклама сыграла своё дело, но сперва драконы…
— А чешуйки покажи!
Требование народа это глас божий! А нам, что сложно?
— Малыш, в тайничке рядом с…, — Мысленно попытался проинструктировать меня канн.
— Да знаю я Хэрн! Думаешь, не видел, как ты их от меня прятал? Но смотри, чтобы у нас из-за них ещё больше проблем не было!
— Не будет, а вот деньги появятся! Надо же мне этот банкет как-то оплачивать!
Весь мешочек с кусочками окаменелой кожи дракона я брать не стал. Вытащил с десяток, хватит и этого для смотрин.
Если чучело гончей вызвал у собравшейся в таверне публике страх, то чешуя дракона вызывала трепет!
Рассматривал драгоценности народ шумно, бурно обсуждая увиденное чудо.
— Боюсь даже спрашивать уважаемый Хэрн, откуда такие редкие вещи у вас появились. Понимаю, что не скажете. Но вот ответьте мне на другой вопрос как человеку деловому и относительно богатому, — представительный дядька, что сидел в таверне с вечера и участвовал в пьянке с момента её начала он-то и задал мучавший всех один щекотливый вопрос, — За сколько вы готовы продать желающим и шкуры и эти фрагменты кожи ящера.
Вот! Вот чего добивался своими мысленными ходами Хэрн, — аукциона. И его час настал!
— Если скопом, то по десять тысяч, золотом за шкуру. Если по отдельности, то кто больше даст, если, конечно, предлагаемая цена меня устроит. А вот остатки от дракона и вовсе не продаются. Это, так сказать, для личного пользования.
Народ ахнул. Такие суммы! Но как видно не всех они отпугивали.
— Десять тысяч…, не дороговато?
Хэрн посмотрел на с виду благородного господина воина, рыцаря, чей доспех приятно отличался от остальных доспехов чистотой и изумительной полировкой.
— Нет, уважаемый. Не пройдёт и декады как цена на такой раритет подскочит в разы и мы с вами это понимаем. У меня просто нет времени устраивать полноценные торги, а идти к барышникам не хочу. Если хотите и есть возможность, покупайте, нет, — гуляем дальше, вина ещё море…
Но пить пока, что народ расхотел. Отличный товар на кону и никто не знает, сколько его лежит в наших закромах и хватит ли на всех…
Цена в десять тысяч устроила всех и оптовиков коих оказалось не мало и практически каждый благородный возжелал иметь у себя в замке такое чучело. И что характерно деньги оказались у всех.
Прекрасная вещь кулон банка. Хэрн старался равномерно зачислять деньги на наши с ним счета, ведь шкур у нас было…
— … шестьсот семьдесят тысяч на двоих обосновались на наших кулонах. Не вероятные деньги. Но как сказал Хэрн, что если бы устраивать полноценный аукцион, то заработали бы мы раза в три больше.
— Но почему было и не провести по нормальному торги?, — изумился я нашим виртуальным потерям.
— Опасно, малыш. Все и так видели, что наличными денег у нас нет. А задирать цену это вносить недовольство в сознание толпы, а так клич что всем товара хватит и в итоге все оказались довольны. Оптовики забрали остатки, каждый имеющий деньгу редкий товар, а мы ведь и себе оставили с десяток шкур, так на всякий случай.
— А с чего ты взял, что мясо гончих мужскую силу увеличивает? Сколько мы его ели и ничего!, — не удержался я с интересующим меня вопросом.
— Ну, не мясо, а маринад, в котором он вымочен. Я пока у города стояли, растеньице интересное нашёл, редкое. Вот оно как раз в малых дозах и влияет положительно на мужчин.
— А в больших?
— А в больших оно сильнейший яд, не имеющий противоядия. Смертелен! Вот так!
Однако!
Пьянка шла своим чередом. Но наступавшее утро внесло свои коррективы, а именно появилась стража с начальником и обвинителями. Я уже думал, что из города придётся прорываться с боем, когда ситуация начала раскручиваться совсем в другую сторону.
Макры так наехали на обвинителей, что те с ходу стали обвиняемыми. В итоге заплатив нам с Хэрном сотню золотых, которая тут же была потрачена на закупку вина и закуски и тихим сапом скрылись с глаз долой. А начальник караула, прикупив шкуру гончей, остался обмывать покупку дармовым вином выставляемым Хэрном.
Мне было скучно. Приправа Хэрна полностью отбила охоту спать, видно на мой маленький организм она, таким образом, действовала и с разрешения трактирщика прихватив с собой вышибалу Рола, я поплёлся на местный базар.
