— Суки. Меня так спеленали, что и понять ничего не успел. Профессионалы, сволочи. Мастера. Прости, я их не заметил и браслет на руку надели какой-то. Себя нормально чувствую и силы есть, а манны как не бывало. Знают, что практически каждый гоблин, маг.
— Что теперь делать?
— Выбираться из этой клоаки. Я покочевряжусь, немного поломаюсь, а потом признаюсь, что деньги на кулоне. Сразу сдаваться нельзя, не поймут. Они не дураки, понимают когда их обмануть хотят. Говорят врождённая особенность, поэтому когда с ними объясняешься надо говорить только правду пусть и не всю, — и вдруг по менталу пришёл всплеск ужаса с нестерпимой болью. Похоже, началось…
— А-э-а-э-а-э-а!, — закричал Хэрн в голос даже сквозь кляп…
Ужас животный, ужас разрывал мне душу. Но со связанными руками не повоюешь. И рядом находятся эти суки. Не увернуться от разящего удара, а потому подождём, лишь бы слишком поздно не было…
— … через некоторое время…
— Ты я смотрю, орёшь как баба, а говорить, что мы хотим всё равно не хочешь. Последний раз спрашиваю, деньги где?
— Сука ты, я тебе гад все руки поломаю, ты у меня есть будешь только жидкие кашки, потому-что жевать будет нечем.
— А я думал, ты меня просто убьёшь!, — усмехнулся глухим простуженным голосом громила, — ну что командир, продолжим? Не понимает вопросов разумный, смотри, рассвет забрезжил ещё немного и деньги твои плакали!, — поддел товарища громила.
— Ну-ка, дай я сам! Не умеешь ты работать моей игрушкой, смотри как надо…
Я весь процесс издевательств над Хэрном слушал с ужасом и диким страхом и уже приготовился к новым крикам друга, когда мою спину разорвала дичайшая боль и я забился в истерическом крике.
Хэрн дважды за ночь терял сознание от боли, а вот я с первого удара, похоже, потерялся рассудком и малой не удачно, а может наоборот, удачно выскочил из своей ракушки, видно вспомнив те истязательства, что не раз испытывал он за свою маленькую жизнь.
Моё тело извивалось и билось в конвульсиях, а тварь не останавливаясь, нанося мне удар за ударом… я успел поставить барьер, чтобы окончательно не потеряться в сознании. Я всё так же кричал, орал и плакал, но уже такой чудовищной боли не испытывал.
— Прекратите, я всё скажу!, — орал Хэрн. По менталу, он видно тоже ощутил обратную отдачу моей боли, как до этого чувствовал его боль я.
— Ну, вот Чарли, а ты говорил, что не заговорит. Итак, — обратился главарь к Хэрну, — один неверный ответ, одна заминка и это тело мы кинем в костёр. Ты понял??, — он видно имел в виду меня!
— Да-да! Я всё скажу, вы только ребёнка не трогайте. Что с вами…, люди?
— Тише-тише, не надо нам на совесть давить. Как понимаешь, вы оба не жильцы. Но весь вопрос в том, как умереть? Умирать ведь можно по-разному. Поэтому начнём! Деньги где?
— У меня на кулоне, — быстро ответил Хэрн и ведь правду ответил не прикопаешься. Ведь деньги у него на счёте, если только так можно выразиться и правда есть!
— Ах, ты ж? Что, наличных нет?
— Кто ж к вам в своём уме с наличными едет, ведь мы не торговцы!, — весьма опасный ответ, но пояснение видно главаря убедило в правдивости ответа.
— Я не понял, а кто же тогда?, — не понял главарь.
— Мы хотели просить у вас убежища и заплатить за право называться макрами… хорошо заплатить.
— Сколько денег у тебя на кулоне?, — голос главаря отчего-то раздался уж больно раздражённым.
— Больше двухсот тысяч золотых…
Макр задумался. Что-то быстро они потеряли интерес к канну с чего бы это…
— Значит, говоришь спрятаться и стать макром? Ты ведь канн, на что ты надеялся?
— На деньги, на большие деньги, — быстро ответил Хэрн, — Мы и живности прикупили, чтобы у вас жить. Нам надо-то только пару лет…
— Пара лет за двести тысяч…
Вокруг настала какая-то давящая тишина…
— Твой отец нас не простит!, — раздался чей-то голос. И тут же он задал свой вопрос, — Кто вас именно к нам отправил?
— Госпожа Бабетт из Зеи!
— О боги, только этого не хватало…, — разочаровано прошептал главарь…
— … нас сняли с деревьев, предварительно повесив браслеты Резы. Мы лежали под фургоном, куда нас кинули экзекуторы. Даже браслет не снимал полностью боли. Хэрна к тому же ещё и крепко накрепко связали.
Забрезжил рассвет. Уставшие бандиты расположились на отдых и, перекусив нашими припасами, теперь под дрёму сонно переговаривались, правда, не забыв выставить охрану.
— … как вариант, завтра съездить к отцу и всё ему рассказать, — донёсся усталый голос главаря.
— Ты в своём уме? Если мы оставим этих в живых, то все узнают, что мы напали на гостей на своей земле. Ты желаешь сам себе живот вскрывать? Нет? Вот и я тоже. Похороним их здесь и всё.
— А Бабетт?
— Ох уж эта сука! Да, ситуация. А она обязательно поинтересуется у Цетуена где деньги. Ведь и с этих она их тоже имеет. Может ей заплатить или накройняк припугнуть?
— её?
— М-да! А-аэ!, — зевок, — давайте спать. Проснемся, решим! Чарли смотри не засни. И за гоблином присматривай.
— А чего за ними присматривать они как зомби, даже боли не чувствуют. Спите, к полудню разбужу.
— В фургон полезешь без нас, голову оторву.
