В этот же день мы пошли в лес за ягодой, фруктами и проверить силки. Каково же было моё удивление, когда Хэрн сбросив с плеч мешок ни на что, не обращая вокруг себя внимание, чуть ли, не на карачках, побежал к железному панку. Упав на колени и прижавшись лбом к стволу, он в голос орал хвалебные речи богам за возможность встречи с каким-то Талом.
Я собрал ягоды и фрукты, выпутал из петель очередных фазанов, а Хэрн так и не думал подниматься с колен. Он плакал и смеялся одновременно и меня снова и снова накрывала волна счастья и если бы не такой своевременный мой приказ держать эмоции в узде, то я бы уже захлебнулся от чужого экстаза. С трудом отодрав его от дерева, силой потащил упирающегося Хэрна и было у меня такое чувство, что он ничего не соображает и ведёт себя как одержимый. И снова приказ успокоиться, что и помог привести его в чувство.
Уже дома я узнал, что для каннов его племени Тал является священным деревом и за заботу о нём дарит прекрасные древки, которые невозможно не перерубить, не сжечь. Только лучшие из лучших воинов племени имели копья с такими древками, они передавались по наследству, а если продавались, то стоили целое состояние, даже на наши теперешние сбережение купить такое копьё мы бы не смогли. Вот так номер!
И теперь каждый день с утра после утренних гигиенических процедур наши экскременты заботливыми руками уносились в лес ублажать ещё одно местное божество. А через месяц Хэрн принёс два прочных шеста один для себя другой для меня. Когда я сказал что он сильно длинный и наверное тяжёлый, то Хэрн рассвирепел. Сказав, — "Если сильно некоторым баранам повезёт то его господин может и дорастёт до того времени когда шест ему станет сильно мал, а сейчас чтобы дурные слова не затрагивали доброго и щедрого Тала начнётся тренировка. И он съест своё ухо, если к концу этого года он не сделает из одной бестолочи настоящего воина канна племени Копья".
И начался очередной ад, сопровождаемый множеством синяков и ушибов, ибо учил меня Хэрн, как учили его, на боли, но ему было невдомёк, что я теперь могу блокировать боль, спасибо занятиям магии. Желание отделать Хэрна меня просто жгло изнутри, заставляя действовать через силу и боль. И вот вчера, спустя два месяца, во время очередного поединка, применив свой, лично разработанный приём, я очень чувствительно впечатал свой шест точно ему в солнечное сплетение. Он или от удивления, или от боли распахнул свои маленькие глазки до размера небольшого блюдца, а после повторного удара рухнул на колени, так и продолжая стоять с раскрытым ртом судорожно делая попытки вздохнуть. Еле его откачал. И первое, что я от него услышал, цитирую: "Теперь я спокоен, мне не придется есть своё ухо!".
Мы вместе уже полностью заполнили тетрадь рисунками с изображением Хэрна с шестом и пояснениями к ним, но осталось ещё очень много не зафиксировано и у него и я уже стал разрабатывать своё понятие о бое и копье. Бумага кончилась и взять её негде. Интенсивность тренировок возрастала, увеличивались нагрузки и продолжительность поединков, что сильно изматывало, работали на износ, а с сегодняшнего дня ко мне, не смотря на мой возраст и рост, стали относиться серьёзно и количество синяков и ушибов снова возросло в разы, Хэрн больше не сдерживался. Опять всё по новой. Оставалось, стиснув зубы совершенствовать защиту и блоки.
В таких условиях меня спасал защитный комплекс, а точнее заклинание исцеление школы магии жизни вложенное в кольцо управления. Сколько раз оно буквально ставило меня на ноги после приветов хэрнова шеста, теперь и не сосчитать, взамен забирая порядочно внутренней энергии и манны.
Начинали и заканчивали занятие с шестом всегда одинаково, мы выполняли полный комплекс, разработанный Хэрном, делали это вместе, стараясь синхронно отработать телом и шестом нужные движения. Сначала получалось не очень, я часто сбивался, а теперь мы работали уже на скорость. Я наслаждался эйфорией успеха, было и тяжело и одновременно радостно.
Мои физические кондиции изменению не подверглись, всё такой же худой и жилистый, но питание просто отличное, готовим по очереди и по обстоятельствам, что не удивительно у меня получается на много лучше, Хэрн косится, но ни о чём не спрашивает.
Проблемы с хлебом решил Хэрн, он из подаренной каким-то умником купчиной пшеницы или что там вместо неё, готовит лепёшки. Напечёт их и под шкуру монстра, а потом едим в течении недели свежие хлеБобулочные изделия. Прекрасно.
