Во этой ситуации у Гавра был один козырь — бесконечные деньги. Его новые способности позволяли легко убивать даже сильных владеющих, присваивая их имущество. А прежние мозги давали возможность проводить хитрые сделки, добиваясь того, что не может дать грубая мощь.
Спустя годы, дворянин по имени Григорий Стерх вернулся в свою губернию с целью поставить ее на колени.
Он напрочь забыл о прошлом, занимаясь другими делами. Но однажды услышал о семействе Светловых, у которых все хорошо. Лживая девка Татьяна стала примерной мамашей, Андрей тоже остепенился.
Теперь у них двое детей, успешный бизнес и уважение в обществе. Им не нужно убивать людей и пить кровь. Они не прошли через тяготы и лишения как он в свое время. Это надо исправить…
И Григорий принялся исправлять. Да так, что слишком увлекся, теряя лишние годы. Ничего. Теперь он будет действовать быстро, не полагаясь на наемников и прочих кретинов.
— Если хочешь сделать хорошо, сделай сам, — расплывшись в безумной улыбке прохрипел граф, чувствуя, как его сердце разрывает жгучая ненависть.
— Барин, это самое, тут Герман Аркадьич сказал цветы подкормить. А какие именно лучше? Петунии или лилии? — простецки спросил садовник, подошедший внезапно, и указал на кучку праха поодаль.
— Что? — вздрогнул граф, выйдя из ступора. — Я тебе сейчас подкормлю! — Взревел, отвесив садовнику пощечину, от которой тот свалился на землю и раскрыл рот, с ужасом глядя на господина.
— Петунии, лилии… черте что! Давно я вам бошки не отрывал. Распоясались, — проворчал граф, удаляясь в свои покои.
Во имя пламени эры, как же меня все достало. Готовлюсь так, будто иду на бал. Хотя стоп, это и есть чертов бал.
Сколько раз мне объявляли выговоры за нарушение формы одежды на светских мероприятиях в своем мире. Ну не люблю я этого пафоса, чтоб его. Не нравится мне ходить в тесных туфлях, в корсете и с галстуком.
Да, тут нет мужских корсетов, что уже хорошо. Но в остальном, это все сущий ад. Сначала меня таскали к портному, который проводил мерки пятьсот часов к ряду. Потом выдали дорогущий и максимально неудобный костюм черного цвета, будто я собираюсь на похороны.
Туфли с узкими носами, в которых ходишь, как инвалид. Еще этот модный одеколон, что пахнет какой-то дрянью.
А вишенка на торте — это прическа. Мне так зализали волосы, что стал мамкиным пирожочком. Вот тебе и самый сильный боец академии, который в свободное время крошит монстров, как не в себя.
Конечно, я выражал протест. Но кто меня будет слушать? Отцу нужно показать наследника рода во всей красе. Это такая традиция. Поход с сыном на светский бал — демонстрация того, что у рода есть будущее.
Патриарх планирует передать свое дело сыну, который уже подрастает. От моего поведения на балу зависит наше благополучие.
Если у патриарха хороший наследник, многие захотят заключить сделки, вступить в союз, а может и породниться. Если нет, значит нет, тут и так все понятно.
Пока я являюсь частью этого рода, то должен ему помогать. Мне не сложно поесть да попить нахаляву, послушать музыку и поглазеть на красивых дам. За такой помощью ко мне можно обращаться хоть каждый день. Одежда не очень удобная, но думаю точно переживу.
Обычно сдержанный и суровый отец вел себя, словно школьник перед контрольной. Он дал мне множество наставлений и раз десять подчеркнул, что это все очень важно.
Не ударь в грязь лицом, сынок, умей себя показать. Еще не стоит говорить, пока не спросили, травить матерные анекдоты, бить посуду и рожи официантам и прочее.
Я понимал, что спорить сейчас будет глупо. Так что просто кивал в так его словам, молясь, чтоб дорога прошла быстрее, иначе батя выест мне мозг круче любого монстра.
Наконец-то лучшая машина нашего автопарка подъехала к богатому дому, где было мероприятие. Человек в специальной форме взял ключи и припарковал транспорт. А мы направились внутрь по дорожке отделанной мрамором и подсвеченной специальными диковинными фонарями.
Вскоре мы прошли роскошный коридор с картинами и зеркалами, оказались в просторном зале, где во всю шла светская тусовка.
Шампанское и прочие напитки лились рекой. Деликатесы ждали своей очереди на подносах. Музыканты во фраках играли спокойную музыку, стоя где-то в углу.
Дорого одетые дамы кокетливо смеялись, общаясь с кавалерами. Старики по обыкновению что-то ворчали, молодежь смущенно жалась по стенам, не зная, зачем их сюда притащили. В общем, все как всегда. Для меня это простая рутина, на которую насмотрелся еще в прошлой жизни.
Отец стал выискивать взглядом знакомых, чтоб не стоять посреди комнаты, как столб. Было видно, что ему сложно ходить, но трость специально не взял.
Хотя, по мне, это придало бы изящества и сделало его более статусным. Трости украшают мужчину. Раньше их вообще применяли, как аксессуары, а не только по прямому назначению.
Впрочем, ладно, не суть. Я пообщался с каким-то усатым мужиком, который простецки подметил, что «парень вымахал». Потом меня теребила за щеки жирная дама. Угу, прям как плюшевую игрушку. Даже пришлось применить телепатию, чтобы она отстала.
