Не могу поверить своим ушам. Как такое мелкое тело может издавать такие мощные звуки? Придется проучить рыжего пацана; он, кстати, тоже очкарик. Но ему это сейчас не поможет.
Я не буду делать с храпуном ничего страшного, просто слегка успокою. С таким аккомпанементом магической концентрации не видать, так что надо заткнуть ему глотку.
Можно было отрешиться от внешних звуков с помощью магии, как часто делал во время боев или путешествий. Но это отнимет часть моих сил, которые и без того скудноваты. К тому же, не престало Великому Телепату мириться с подобными неудобствами.
Я немного напрягся, переводя внимание на храпящее тельце. В тот момент стало ясно, что мне не до этого. Магические способности вдруг пропали, как и возможность нормально мыслить.
Меня внезапно парализовало, а тело пронзила адская боль. Чуть не заорал со всей дури, с трудом справившись с приступом, и понял две важные вещи.
Первое, причина смерти Александра раскрыта. Можно больше не ломать голову, прорабатывая разные версии. И это хорошая новость.
Второе, я понятия не имею что делать. Тело школьника опять забигается, на сей раз точно без вариантов.
Сдохнуть в тюрьме для семилеток под храп мелкого сопляка. Не лучший финал великого телепата. Да, только кто меня спрашивает…
Собираю силы в кулак, подавляю страх, который окутал тело. Разумеется, сам не боюсь. Это старая память носителя; видно, у него часто случались такие приступы. Но дома их подавляли лекари, а тут не до зелий и снадобий.
Такое чувство, что на жизни детей всем насрать. Не знаю, есть ли вообще тут лекарня? И спасут ли тебя в случае травмы или внезапной болезни?
Пытаюсь усилить мозг Сани, чтоб он раньше времени не загнулся. Сам оздоравливаю тело с помощью маны. Попутно пытаюсь понять, что за дрянь меня пожирает.
Последнее сейчас очень важно. Я должен знать тип проклятия, которое на меня наложили, чтоб быстро его уничтожить. Если это вообще проклятие, а не что-то еще…
Похоже моя родня напросилась на пытки и тройственные казни. Отправить ребенка в тюрягу, так еще заразить черной дрянью. Они там что совсем отморозки!
Тройственные казни — это дело забавное. Пытаешь ублюдка до смерти, убиваешь мозг, а потом воскресаешь, создавая искусственную мозговую активность, так повторяется раза три или больше. Нерадивый испытывает незабываемые ощущения, пока окончательно не отправляется в мир иной.
Любо-дорого вспомнить. Сейчас бы просто остаться в живых, не говоря о большем.
Напрягаюсь изо всех сил. Перегружаю хлипкое тело магией так, что оно чуть не взрывается. Это не дает результата. Странная напасть лишь усиливается, не давая нормально дышать. Еще секунда, и могу умереть, как вдруг приступ резко проходит.
Мне сразу становится легче, будто испил живых вод из источника Мории. На лице появляется улыбка, я чувствую расслабление и отрубаюсь на несколько сладких минут.
Радость быстро проходит. Я не устранил причину недомогания, значит приступ скоро вернется. Помимо этого, уши ласкают звуки райской музыки, которые делают:
— Хрр-хра-а-а! Хра-хр-р-р!
Не желая медлить, насылаю на храпуна проклятье. Не такое сильное, каким наградил Марью Ивановну. Мальчишка храпит не специально, плюс многие это делают. Тут нет большого зла, просто слегка раздражает.
В общем, как только мелкий начнет храпеть, ему привидится дурной сон, где он будет чувствовать себя неловко, боясь даже пикнуть, не говоря о большем.
Вскоре наступает желанная тишина. Ну вот, так-то лучше. Можно заняться магией, не отвлекаясь на лишние звуки.
Помедитировав еще малость, понял, что пора спать. Это раньше бодрствовал больше недели, например, когда спасал империю от нашествия Диких. Потом заряжался с помощью артефакта, дремал два часа и был как огурчик.
Теперь ситуация изменилась. Растущему организму, который поражен некой дрянью, нужен хороший сон. Пришлось оторваться от магических практик и хорошенько поспать.
Утром неплохо повеселился, слушая байки пацана, который ныл, что его во сне пытала сисястая барышня.
Мол, некая тетя закрыла мелкого в комнате и заставила учить длинный стих. А если тот издаст звук, грозилась раздеться и танцевать голой прям на его столе.
Я наслал на парнишку один из его частых страхов. Не знал, что он голых теток боится. Надо победить эту фобию, а то в будущем будут проблемы. Но пока мелкий на полном серьезе рассказывал «страшную байку».
У мальцов постарше загорелись глаза. Спросили, как выглядела тетка, когда оголилась.
— А я почем знаю, я же молчал! — со страхом выпалил мальчуган.
Старшие тут же заржали, назвав того дураком. Младшие долго чесали головы, не понимая, зачем вообще разглядывать голых теток? Ох детвора, и я теперь тоже мелкий на долгие несколько лет.
Шутки кончились быстро. Нас ожидала поверка, завтрак, потом учеба. А дальше работа за компьютерами почти на полдня. Типичная рутина для этого места. А вот утро Марьи Ивановны было весьма необычным. Я б сказал, даже ярким и креативным.
