Егор начинает хныкать, и Юлька моментально переключается на ребенка. Забывает, что я рядом стою.
– Ну что ты, малыш? – поднимает его на руки и прижимает к груди. – Все хорошо, малыш, мама рядом.
Встречаемся с ней взглядом.
Подхожу к ним, и Юля непроизвольно отшатывается.
– Тест. Готовься. Я позвоню… и только попробуй свалить. Найду, и будем решать уже через суд.
Выхожу из комнаты и понимаю, что меня самого трясет от такого поворота жизни.
– Ты в норме? – натыкаюсь на Серого в гостиной. – На тебе лица нет, мужик.
Мотаю головой. А в башке крутятся не самые веселые мысли.
Что это было? И что теперь с этим делать, мать его?
Выяснить, я ли отец… это сто процентов, а потом уже плясать дальше.
Но, твою ж мать… двое детей.
Юля
Адка как будто караулит под дверью и появляется через секунду после того, как из комнаты вылетел Захар.
– Вы как? – подруга осматривает детей и ошарашенную меня.
Оседаю на диван. Смотрю перед собой, но ни черта не вижу будто бы. Словно ослепла.
– Он требует тест, Ада, – во рту пересыхает, и язык еле поворачивается.
– Когда?
Подруга усаживается перед диваном на корточки и заглядывает мне в глаза. Вижу, как она переживает за нас, но я не знаю, как можно её успокоить.
Меня саму подкидывает после этого разговора с Захаром. Усаживаю Егора рядом с Евой, как только убеждаюсь, что сын успокоился после встречи с родным отцом. Ева же не сводит взгляда с двери в комнату.
О чем-то долго размышляет, а потом срывается с места и очень быстро ползет на выход.
– Эй, принцесса, а ты куда рванула? – Адка встает, но я торможу её и сама иду за дочерью.
Она встает на ножки и, слегка покачиваясь, идет в сторону комнаты, из которой до меня долетаю голоса Захара и Сергея.
– Эй, Ева, – цепляю её за ручку, чтобы она не свалилась, – куда ты?
Дочь словно и не слышит меня. Настырно тянет дальше. Словно магнитом её туда притягивает.
– Мне отъехать надо, Серег. Дела появились, – до меня долетает реплика Захара, и я напрягаюсь ещё сильнее.
– Милая, тут дядя Сережа разговаривает с гостем, – пытаюсь утащить дочь обратно, но Ева словно не слышит.
Прет напролом, пока мы не сталкиваемся с Захаром. Он в последнюю секунду тормозит перед нами и опускает вопросительный взгляд.
– Ева, пойдем к Егору, – не оставляю попыток вернуть дочь в гостиную.
Но Ева не отрываясь смотрит на Захара, и мне даже самой становится не по себе от такого её взгляда. Как будто она понимает, кто перед ней.
– Тест, – роняет одно слово Захар и протискивается мимо нас.
Ева же поворачивается, чтобы проследить за уходом Захара, и, как только он скрывается из её вида, начинает рыдать.
У меня внутри все обрывается. Поднимаю дочь на руки и успокаиваю. Поглаживаю по голове, шепчу какие-то милости.
– Ну что такое, малышка?
– Ого, это её так впечатлила встреча с Захаром? – удивленно выгибает бровь Сергей.
Пожимаю плечами. Сама не знаю, что нашло на дочь, но она никак не может успокоиться.
Наоборот, Ева словно обретает второе дыхание и заливается ещё сильнее.
На рев выбегает Адка с Егором на руках. Взгляд испуган.
– Что случилось?
– Да сама не понимаю, – пожимаю плечами.
– Может, спать хочет? Или зубы? – перечисляет подруга, пытаясь хоть как-то помочь.
– Да она, по ходу, Захара испугалась, – ржет Сергей, и получает в ответ острый взгляд жены.
Поднимает руки и делает шаг назад.
– Да я просто предположил. Не злись, милая.
– Лучше сходи посмотри Игоря, милый, – с напускной любезностью произносит Адка.
А Сергея не надо просить дважды. Его ветром сдувает моментально.
– Ну что ты, моя красавица, так расстроилась? – целую мокрые щечки и качаю свою малышку, а у самой сердце сжимается от горя. От боли за неё.
– Это она реально так на Захара отреагировала? – Ада понижает голос и наклоняется ко мне вплотную, чтобы не услышал Сергей.
– Скорее на его уход. Она разревелась после того, как он вышел.
Подруга охает и удивленно хлопает глазами.
– Да ну? Неужели почувствовала папу? Такое вообще бывает?
Пожимаю плечами. Постепенно Ева успокаивается и изредка всхлипывает.
– Попробую уложить их, – иду в сторону нашей с малышами комнаты.
– Я помогу, – подруга следует за мной.
Стоит только уложить Егора и Еву на кровать, у них словно выключатель вырубается. Они засыпают.
– Ого, быстрые, – шепчет подруга, осматривая близнецов.
– Только когда устают, а так иногда не уложить.
Вытираю влажные ладони о сарафан и выдыхаю. Буря позади.
– И что Захар? – Ада как будто боится даже произносить его имя.
– Настаивает на тесте.
Подруга округляет глаза и прикрывает рот ладошкой.
– А ты?
Пожимаю плечами.
– Напомнила ему и про аборт, и про то, что ему не нужны были дети. Но он непреклонен. Сказал, что это многое меняет. Дети, в смысле.
– Да уж… дела, – подруга задумчиво пожевывает губу. – И что ты будешь делать?
– Понятия не имею, Ада. Я в таком ужасе, что он узнал, и я не знаю, где искать пятый угол.
Поднимаю руки и с удивлением замечаю, как сильно они дрожат. Подруга перехватывает их и сжимает, пытается успокоить.
– Ну, с другой стороны, узнает он, что это его дети. А что дальше?
Меня пронзает страшная догадка.
