Спать совсем не хотелось, поэтому, дождавшись, когда в доме наступит тишина, я опустила ноги на пол, накинула на плечи одеяло и тихонько вышла в коридор. Хотелось подышать свежим воздухом, и привести мысли в порядок. Меня только пугала мысль, что остатки Матвея все еще валяются около псарни.
От воспоминаний меня передернуло. Но я решительно спустилась по лестнице, прошла по коридору и вышла на крыльцо, не надевая обуви. Прохладный ночной воздух окутал меня, принося спокойствие и умиротворение. Еще в своей прошлой жизни я любила вот так постоять в ночи, приводя свои мысли в порядок. Часто мне не хватало сил и поддержки. И я представляла, что во всем мире осталась я одна. Что мне не надо идти на работу, не надо думать о будущем моих брата и сестры, не надо думать, где найти денег...
Я любила своих родных, безусловно. Но иногда мне хотелось побыть свободной. Вот и сейчас, я опустилась с крыльца, ощутила босыми ногами прохладную, мягкую траву и закрыла глаза, подставляя лицо ночному ветру.
— Тебе нельзя вставать с кровати, — раздался тихий, спокойный голос Глеба позади.
— Со мной уже все хорошо, — ответила я, не открывая глаз. — Иди в постель.
Но вместо этого Глеб встал рядом со мной и молчал, пока я не открыла глаза и не бросила на него укоризненный взгляд. А мне так хотелось просто побыть одной.
— Что тебя привело сюда? — устало спросила я, собираясь сесть прямо на землю.
— Увидел тебя в окно, — ответил Глеб, хватая меня за руку и останавливая. — Подожди, я постелю тебе хотя бы свою одежду.
Я удивленно приподняла брови, когда мужчина стянул с плеч свой халат и постелил его на землю, оставаясь в белой рубашке и брюках.
— Это, конечно, не так хорошо, но определенно лучше, чем без него.
— Действительно, — я улыбнулась, чувствуя, что улыбаюсь этой глупой заботе обо мне. Но тем ни менее, я села на халат Глеба и даже немного отодвинулась, уступая ему место.
Некоторое время мы сидели молча. Я смотрела на небо, где сверкало множество звезд. Вдалеке темнели верхушки деревьев. Где-то кричала ночная птица. Около нас проносились светлячки. Я вдруг поняла, что никогда ни с кем не сидела вот так ночью. Даже со своим Димкой. Мы жили в городе и проводили вечера за телевизором или за чтением книг. Это тоже было неплохо. Но...
Сейчас почему-то было лучше.
Я нахмурилась. Неужели это давали о себе знать чувства прошлой Нади? Я была уверена, что та Надя — молодая, невинная и чистая — была бы счастлива, оказаться на этом месте. Но она погибла, пытаясь помочь любимому человеку. Сожалели ли она о своем решении? О чем она думала в последние секунды своей жизни?
— Прости меня, — тихий голос Глеба прервал мои размышления.
— За что?
— За все. Ты хотела простой мирной жизни, а я втянул тебя во все это, — Глеб усмехнулся. — Ты потеряла память из-за меня. Осталась совсем одна в незнакомом месте, да еще и на сносях. Прости. Тебе достался ужасный муж.
«Что правда, то правда», — подумала я, поворачивая голову в сторону мужчины.
Он действительно был красив. И мое сердце болезненно сжималось каждый раз, когда я смотрел на его лицо. И начинало бешено колотиться, когда его голубые глаза смотрели на меня. Но я старалась этого не замечать. Ну как я могла его полюбить? Я знала его меньше недели. И большую часть времени он был либо груб, либо находился под воздействием гипноза. Поэтому я просто не могла его полюбить. Все это — остатки былых чувств этого тела.
— Мужья бывают и хуже, — произнесла я наконец-то, отводя взгляд от его профиля. — Когда я жила в деревне, познакомилась с одной женщиной. Она говорила, что муж частенько колотил ее. И она была очень счастлива, когда он утонул.
— Мой отец... Тоже бил мать, — Глеб опустил взгляд. — Я видел несколько раз. С тех пор я обещал себе, что никогда не подниму руку на свою жену. Даже если она сбежит от меня.
На последних словах мужчина улыбнулся и бросил на меня взгляд. Я улыбнулась в ответ и слегка пихнула его плечом.
— Я не сбегала.
— Но мне пришлось тебя искать! Я, между прочим, сильно переживал.
— Нечего было придумывать такой сложный и непонятный план, — я фыркнула. — И как ты вообще смог сбросить дурман?
— Не знаю, — Глеб пожал плечами. — Я и так периодически сбрасывал дурман. Бывало, что я на несколько минут приходил в себя. А в ту ночь я же не спал еще, когда все началось. Услышал твой крик и наваждение начало проходить. А потом ко мне ворвался Алексей и начал что-то лепетать о том, что тебя куда-то уводят.
Я подтянула колени к груди, обняла их и прикрыла глаза, пытаясь унять колотящееся сердце. Не надо надумывать себе что-то. Он просто волновался о жене. Как я уже выяснила, Глеб очень ответственный человек. Поэтому он взял ответственность за свою жену. И вообще! Я же только недавно думала, что ненавижу его.
— Понятно, — произнесла я и поднялась на ноги. — Пора в кровать. Спасибо, что составил компанию. Доброй ночи.
— Доброй, — Глеб улыбнулся, когда я посмотрела на него. — И спасибо, что помогла.
— Да не за что, — я пожала плечами, укуталась в свое одеяло и направилась в сторону дома. — Не сиди долго!
