— Ну, слава всевышним! — тяжело вздохнул кто-то рядом, освобождая мою конечность от захвата. — Возьми его на руки, ему нужно твое тепло.
Растерявшись, тяжело сглотнула, не понимая ничего. Я осторожно подняла легкое маленькое тельце так, чтобы не повредить ручку с катетером, на глаза отчего-то накатила влага. Мальчик же, добившись желаемого, успокоился и судорожно вздохнул, будто после долгого беспрерывного плача.
— Вот, покорми его хоть немного.
Приняв бутылочку, приставила ее к губам малютки, чтобы в следующее мгновение умиляться, как он активно присосался к ней, после чего быстро уснул, уткнувшись носиком мне в грудь.
— Ну что же, рад, что всё обошлось, — подал голос второй парень, тот, что, по всей видимости, был врачом.
Почему-то мне мало верилось его словам, но я это списала на паранойю.
— Извините, но не могли бы вы мне объяснить, что происходит? — неуверенно спросила я, поднимая свой взгляд на мужчин.
— Собственно, примите мои поздравления: только что Вы стали мамой.
— В смысле? Обоснуйте!
Уж слишком все просто, вот почему я никак не могла поверить в сказанное им. Для чего же тогда нас заставляли проходить повторный медосмотр? Как же я запуталась.
— Судя по реакции волчонка на Ваше присутствие, можно с уверенностью сказать, что он принял Вас как мать. В предыдущих же случаях, с другими претендентками, было иначе. Мальчик продолжал просто лежать, а иногда даже скулил или же жалостливо плакал.
Очередную волну вопросов пришлось отложить до лучшего времени, позволив медику провести осмотр малыша, и все это делалось, пока он находился у меня на руках. Капельницу с ребенка сняли, и я озадачилась несколькими вопросами, тут же озвучив их:
— Зачем понадобилась капельница?
— К сожалению, малыш практически не ел, и пришлось принять крайние меры, — ответил работник больницы, пока первый оборотень неверящим взглядом смотрел на мою ношу. — Рядом с мамой же он вскоре начнет набирать утраченный вес, но не стоит перекармливать, это может плохо отразиться на его самочувствии.
— Угу, — одобрительно кивнула я. — А как зовут мальчика?
— У него пока нет имени. — Ответил светловолосый.
— Как нет? — ошарашенно переспросила я. — А сколько ему уже? Месяц, два, и при этом Вы не удосужились одарить его именем?
Моей ярости не было предела. Каким же безответственным отцом нужно быть, чтобы такое допустить! Хоть это и не мое дело, да и не мне судить, так как не всю историю я знаю.
— Простите, — притупив возмущение, проговорила я.
Но в ответ получила усталый взгляд и протянутый листик — свидетельство о рождении, в котором была пуста лишь одна графа — с именем.
— Наверное, это даже и к лучшему, ведь кто его знает, чтобы я мог написать здесь. Сколько бы мне ни приходилось над этим ломать голову, ничего путного не приходило.
Намёк был понят сразу, вот только я тоже не в силах вот так спонтанно решить всё за него. Настоящий мужчина, нечего добавить: решил переложить свою обязанность на меня. Теперь мальчик, считай, мой сын, совсем маленький и нуждающийся во мне.
— Как Вас зовут? — тяжело вздохнув, я задала очевидный вопрос.
От него почему-то у моего собеседника удивленно поднялись брови, а глаза на мгновение округлились. По его выражению лица можно было сделать вывод, будто я только что спросила его о чем-то неразумном и элементарном.
— Лодин Карт.
Ну и имечко.
— Как на счет Ива… — договорить мне не позволил сонный всхлип, из-за которого мне пришлось отвлечься, чтобы успокоить малыша.
И кто же знал, что за столь короткое время, данный экземпляр сильного пола сумеет заварить еще одну кашу, которую будет уже не изменить. Отвлеклась я от всего, когда услышала:
— Вот и славно, — проговорил врач, забирая свидетельство о рождении. — Сейчас сделаю копию, чтобы внести ее в базу, и вернусь.
Краем глаза мне удалось выхватить имя, только что вписанное отцом-одиночкой. И каково же было мое удивление, когда я нашла там не Иван, как я хотела предложить, а Ивар Карт. Вот ничего нельзя доверить!
Но что меня еще смутило и одновременно озадачило, так это то, что когда врач проходил мимо меня, он больно задел мое плечо. Случайность? Или же неприязнь?
Как только медработник вышел из палаты, в воздухе повисло заметное напряжение. Пусть отбор я и прошла каким-то невероятным чудом, но это не означало, что на этом все мои беды заканчивались.
Но дышать стало легче. Даже так, с плеч как будто спал тяжёлый груз. В очередной раз взглянув на собственную ношу в руках, я невольно улыбнулась. Было такое ощущение, словно я и вправду мама этого очаровательного ребёнка и после долгой разлуки наконец вернулась к своему сокровищу.
Неожиданно Ивар улыбнулся, все еще продолжая крепко спать, отчего меня переполнило чувство умиления. Я даже было позабыла о присутствии третьего лица, как он вдруг резко подал знак своего существования, приказав грудным зловещим рыком:
— Положи моего сына обратно в колыбельку! — от неожиданности я передернула плечами.
