В ушах появился явный звон, а перед глазами стало ещё сильнее темнеть. Но даже при этом я расслышала громкие и быстрые шаги. И только когда дверь отворилась с громким звуком, я позволила себе уплыть в небытие.
Лодин Карт, глава северной стаи ветров.
Время было нещадным даже к маленькому младенцу, который с каждым днем все сильнее угасал, как огонек догорающей свечи. Лодин же бесился от собственного бессилия, в придачу ещё и эта женщина. Как она вообще сумела попасть в палату, пройдя незамеченной им? Этим вопросом он задавался все чаще и чаще.
К отбору набралось не мало, но и не много кандидаток, которые согласились на эту авантюру, уже предвкушая, как будут тратить состояние вожака. Да, и такие среди подобных нашлись.
Проверку откладывать не стали, и девять волчиц тут же отсеялись в первый день. Неумолимая причина переборчивости его сына была вполне ясна, но от этого не становилось лучше. С каждым днём женщин становилось всё меньше, и шанс найти идеально подходящую пару уменьшался, испаряясь на глазах.
Вот и сейчас, нервно меряя комнату шагами, альфа раздраженно перебирал все возможные идеи спасения своего чада. Запах медикаментов до такой степени приелся, что становилось тошно. Но он продолжал оставаться рядом с медленно умирающим волчонком.
В очередной раз открылась дверь, и послышался дотошный голос врача:
— Прошу, пройдите к колыбельке.
Раздался противный цокот каблуков, отчего в висках Подина больно запульсировало. В воздухе повис противный душок похоти вперемешку с приторными дешевыми духами. Бросив раздраженный взгляд на вошедшую, его зверь злобно зарычал, протестуя подпускать сию даму к его кровинке.
— Пошла вон! — рявкнул он на брюнетку с лица которой тут же сползла обворожительная улыбка. — Глухая, что ли?
К счастью, повторять трижды ему не пришлось, так как кандидатка, недовольно поджав губы, ретировалась прочь.
— Подин, прекрати! Это уже пятая по счету, которую ты выгоняешь без причин, — возмущенно вскричал медработник, от чего ребенок начал плакать.
— Не ори! — рыкнул глава на него, подойдя к колыбельке и подняв на руки грудничка, успокаивающе поглаживая того по спинке. — Тише-тише… Тшшш… Папа рядом, не плачь.
— Вот объясни мне лишь одно. Хочешь спасти наследника или нет? Если да, то прекрати вести себя как капризная беременная волчица, которой принесли не то, что она требовала. У нас и так время поджимает, а тут еще и это. Пойми, мы все здесь на нервах!
Недовольно поморщившись, всё же оборотень вынужден был согласиться. Стараясь не вмешиваться, он держал хищника под строгим контролем. Но и это не помогало. Реакция крошки на каждую вошедшую персону была негативна. Он либо тихо продолжал лежать, или же скулил и жалостливо плакал, из-за чего сердце отца-одиночки больно сжималось. Когда стрелка перешла за двенадцать ночи, родитель не находил себе места, вымещая всю злость на ближайшую стену, разбивая костяшки в кровь.
Его малютка погибал на глазах, как безжалостно сорванный цветок. У малыша уже не оставалось сил на плач, не то что на просто покушать.
«За что же с ним так судьба-матушка? В чём он провинился?» — мысленно взвывал Лодин. Его пара умерла, а теперь и наследник намерен последовать её примеру. После такого ни один, даже сильнейший, перекидыш не останется при своём уме, от горя бросившись в бездну с головой.
Лекарь ушёл, сославшись на то, что кроме него есть ещё множество пациентов, требующих внимания. И вот, сидя в полной темноте, он жадно вдыхал запах сына, чувствуя в нем всю боль и печаль. Как же сильно в этот момент мужчина хотел бы поменяться местами со своим чадом.
Комнату окутал неуверенный тихий стук.
— Войдите, — устало ответил он.
— Го… Господин, может э-это и не мое дело, и мне не стоило со-совать свой нос, но… — заикаясь, говорил совсем еще зеленый парень, — я нашёл а-анализы одной пациентки, которые на 95 % подходят вам. Стоит попробовать, Вы от э-этого ничего не потеряете, уверен, даже н-наоборот.
— Кто она?
— Неизвестно. Н-но она у-утверждает, что ее зовут Соколова Ангелина Васильевна. Двадцать семь лет. Пребывает в комнате усмирения под подозрением шпионажа. Вот только, если честно, мне один раз приходилось её уже повидать, и могу сказать, что на шпионку она мало похожа.
— Хорошо, спасибо. Можешь быть свободным!
У альфы появилась крошечная надежда, так как до этого проценты были мизерными, базируясь от 40 до 70. Вскоре в палате уже стояло его доверенное лицо, которое тут же подхватило идею господина. Он составил еще один контракт с договором, который был немного изменен, отличаясь от предыдущих.
На следующий день, всё повторилось. Кандидаток становилось все меньше и меньше, в придачу ещё и нападение на трёх из них. Кому это понадобилось? Недоумевая, он приказал расследовать дело тому же доверенному лицу, который пришел с хорошими новостями.
Время шло, а ничего не менялось. По крайней мере, в лучшую сторону. Лечащий врач его сына как-то пронюхал самоуправство отца-одиночки, от чего взбешенно ворвался в палату, устроив скандал:
