Что характерно, на аналогичном браслете Грымзы камень был не таким ярким, как у меня. Хм… у остальных тоже. Только у детей он был столь же насыщенно бирюзовым. Интересно, от чего это зависит? Наверное, от заряда. Олег Степанович сказал, что периодически его надо подзаряжать, причём сделать это легко – достаточно положить на специальную подставку, которая имеется в каждой спальне. Нескольких часов вполне хватает, чтобы браслетом вновь можно было пользоваться.
Прогулка прошла весело. Дети бегали за собакой, собака от детей, а кот от всех вместе взятых. Его заметили, так как он имел неосторожность подбежать ко мне и попроситься на ручки. И я бы рада была успеть ему помочь, но нытьё в рёбрах, как и тугая повязка, сделали меня медлительной. Пришлось только с сожалением наблюдать, как Мурзик спасает свой хвостатый зад. Впрочем, серьёзной угрозы его жизни и здоровью не было. Акита не пытался его загрызть, только азартно лаял и клацал зубами, едва не доставая до задних лап. Дети тоже ничего сверхъестественного с ним не делали, так что даже не нашлось повода их усовестить.
Что характерно, пределов сада, разбитого вокруг особняка, мы не покидали. Более того, дети даже не пытались проситься наружу. Было очевидно, что трагическая гибель мамы сильно сказалась на их образе жизни.
Ужин, в отличие от прогулки, оказался куда менее интересным, поскольку сегодня не было в гостях Алевтины Алексеевны. Если честно, мне было немного странно, почему именно гувернантка распоряжалась вечерним меню. Она же здесь на время, так почему ей дали столько полномочий? Наверняка так вышло, потому что Олег Степанович был не совсем в себе от горя, когда только нанял её. Вероятно, он просто передал в её руки бразды правления детьми и больше не вникал в детали, а та и рада. Очевидно, что сам он явно не замечает, что ест, только и делает, что на детей глядит. И на меня. А я на него, правда, стараюсь делать это украдкой и не очень часто, но получается так себе.
Зря я зуб давала, что не буду на него смотреть. Такими темпами я рискую и вовсе без зубов остаться, фигурально выражаясь.
Вечерняя игра на сегодня была отменена, потому что к восьми ожидался приход доктора. Детишки расстроились, особенно тому факту, что придётся провести это время не со мной или папой, а с гувернанткой. Потому что, как выяснилось, Олег Степанович тоже должен присутствовать при приёме. Не сказать, чтобы я удивилась, но стало неловко. Вот как при нём рассказывать доктору о своих странных видениях? Особенно когда князь так пронзительно на меня смотрит.
Я буквально не знала, куда девать глаза. Судорожно сцепив пальцы, я пробормотала:
— Я детей до спальни провожу, поцелую и вернусь.
Зря я это сделала. Стоило мне войти в детскую, как закружилась голова. Слёзы выступили из глаз, а потом я и вовсе осела на ковёр. Знакомый, чёрт возьми, ковёр! Радужный, ворсистый, на котором стояла деревянная лошадка-качалка, которую…
Додумать я не успела, просто упала в обморок. Опять! Если честно, так это дело надоело…
Глава 14. Озадачить доктора
Князь Олег Степанович Репнин
Я еле сдержал себя, чтобы не пойти в детскую вслед за Полиной. Пожелал своим сорванцам спокойной ночи здесь, в гостиной, а после поднялся в кабинет, из которого вышел на балкон, опоясывающий вкруговую практически весь этаж. Покурить.
Да, я давал себе зарок, что брошу, но именно сейчас как-то не бросалось. Нервно было, хотелось успокоить себя хоть чем-то, занять руки. И губы. Заменить её губы, к которым хотелось прикоснуться, хотя бы сигарой.
— Чёрт, сейчас же врач приедет, надо будет кровь сдавать! — ругнулся я, убирая зажигалку от кончика сигары.
Хорошо, что поджечь не успел.
— Нет, надо что-то с этим делать, — вздохнул я, возвращаясь в кабинет и убирая сигару обратно в резную шкатулку.
Подарок кузена. Того самого, который помогал мне рыть под Драги. У них там, в Италиях, с контрабандой всё просто, особенно на Сицилии. Много чего есть, причём куда более серьёзного, чем табак. Я даже пробовал когда-то, ещё в студенческую бытность. Потом было так паршиво, что я зарёкся ставить сомнительные эксперименты над организмом. Вот только сейчас, похоже, этот самый организм решил поставить эксперимент надо мной.
Смогу я удержаться и не совратить Полину, или таки пущусь во все тяжкие?
Давно у меня такой реакции на постороннюю женщину не было. По молодости да, порой приходилось приматывать взбунтовавшуюся плоть носовым платком к ноге, чтобы не мешала. Да-да, идёшь такой в школьный туалет, прикрывая пах папкой для бумаг, снимаешь штаны и приматываешь. Потому что нет никаких сил удержаться от эрекции, когда видишь очень красивую девушку. Новую учительницу рисования, которая впорхнула в нашу довольно унылую школьную жизнь на какой-то год, а потом ушла в декрет.
Оставив после себя половину класса разбитых сердец.
