Легко сказать, да трудно сделать. Стоило мне войти в их спальню, чтобы пожелать дорого утра, как Павлуша с радостным воплем кинулся мне на шею.
— Мама, это ты?!
Я растерянно взглянула на Олега, тот не менее растерянно пожал плечами. Окинул взглядом мою фигуру, задержался на лице.
— У тебя глаза позеленели и взгляд стал такой… характерный. Выражение лица опять же.
Мне только и оставалось, что обнимать своего ненаглядного мальчика и смотреть на дочь. Та сидела на кровати и хлопала глазами.
— Да, дочка, это я, — голос дрогнул. — Этой ночью я всё, наконец, вспомнила. Я понимаю, ты можешь мне не поверить вот так сразу, но могу сказать на ушко, какой секрет мы с тобой хранили ото всех…
Многозначительно замолчала, взглядом указала на окно, из которого она когда-то пыталась выпрыгнуть, взяв зонтик вместо парашюта. Я успела поймать её на горячем, причём этого никто не видел. Объяснила, что так делать ни в коем случае нельзя и пообещала, что никому не скажу – уж больно она боялась, что все будут её ругать.
Стоит ли говорить, что мы с Олегом чуть не оглохли от проявлений детского восторга? Не меньше они восторгались и новым питомцем, когда увидели его на одном из стульев, стоявших возле стола. Мы снова поместили его в гнездо, свёрнутого из большого полотенца, и принялись завтракать. Каждый своё.
Кот, пришедший подивиться на наш завтрак на лоне природы, никоим образом не пытался навредить Смуфрику, лишь принюхивался. Да, именно так назвали малыша дети. Точнее, нормально имя звучало Смуф, но разве можно называть таким серьёзным именем такое прелестное маленькое существо? Вот когда вырастет, тогда и станет Смуфом.
На самом деле, если бы не убойное успокоительное, я бы уже десять раз разрыдалась, расхохоталась и даже станцевала зажигательную джигу. А так просто не могла оторвать взгляда от своей семьи, что-то там ела, иногда пила, но, хоть убей, не помню что именно.
И ведь наверняка что-то очень вкусное, в Михае я не сомневалась! Сейчас, благодаря открывшимся воспоминаниям, я точно знала, что это не просто гениальный повар, но и непростой судьбы человек. Даже в тюрьме сидел за убийство насильника, надругавшегося над его женой. Супруга умерла, поэтому срок скостили, но полностью оправдывать не спешили. Детей, тогда совсем малышей, растила его тётка вместе со своей Глашей. За хорошее поведение он вышел раньше положенного срока, работал, где придётся, в том числе и неподалёку от нашего загородного поместья.
Однажды он спас меня от понёсшей ни с того ни с сего лошади, сам при этом изрядно пострадав. Слово за слово, мы узнали о его судьбе, причём не у него самого, а от одного из работников – супруга той самой тётки Михая. У того, разумеется, была информация из первых уст, в том числе и о том, что он отлично готовит. Просто гениально! Но после отсидки никто-то не хочет его брать, а те, кто готов, не отличаются чистоплотностью. Михай же, несмотря на пребывание в тюрьме, связываться с сомнительными работодателями не желал, потому и вкалывал разнорабочим то тут, то там.
И так уж вышло, что наша постоянная повариха на старости лет влюбилась и решила выйти замуж. Да не просто так, а в другой город. Тогда-то мы и рискнули взять его к себе, о чём после не пожалели ни единого разочка. Как только жизнь мужчины наладилась, он перевёз детей к себе, устроил их в хорошую школу, оплатил репетиторов, чтобы те нагнали столичную программу. А когда подросла Глаша (которую он тоже бы перевёз учиться в город, но та не отличалась особой тягой к знаниям), то порекомендовал её нам как отличную горничную. Собственно, она оказалась столь же трудолюбивой и порядочной, как и её дядя.
О, сколько восторгов и удивления было у слуг, когда они узнали, кто я такая! Разумеется, мы взяли с них магическую клятву о неразглашении, ибо нечего. Если в стойкости Михая мы были уверены, как и в дворецком, то та же экономка, как и Глаша, могли проболтаться. Одна из любви к сплетням, вторая – по простоте душевной.
— Дорогая, нам нужно торопиться в полицию, — напомнил мне Олег, когда мы вышли, наконец, из-за стола.
— Да, конечно, дай только переодеться, — кивнула ему.
Детей же обняла, попросила обращаться со Смуфриком максимально осторожно и давать ему спать, когда тот захочет. Олег принёс им краткую инструкцию, которую когда-то составлял в ожидании вылупления. Теперь она пригодилась.
А ещё он позвонил Алевтине, пригласил на ужин. Эх, дожить бы ещё до этого самого ужина, ведь впереди столько дел! Помимо поездки в полицию Олегу надо в департамент, ведь он не закончил экспертизу Сальватора Мунди. Кстати, а как там моя картина поживает? Которая псевдоклимт с котом.
Глава 20. Поездка в полицию
Князь Олег Степанович Репнин
