Любимый мой играл в рулетку —и дни, и ночи напролет.А я ревела — впрочем, редко.А я ждала — за годом год,хотя надежды было мало,ведь страсть, она до гроба страсть.Я просто ясно понимала:без нас двоих ему пропасть.<p>«Но если нет у смерти жала…»</p>
Сыну
Но если нет у смерти жала,то, значит, нам нельзя не быть…Я не затем тебя рожала,чтобы налил воды попить.Я не затем стихи писала,чтоб заглушить загробья тишь.Ведь жизни не бывает мало:ее, брат, столько — не вместишь.<p>«У меня, как у всех, нынче есть свой e-mail…»</p>У меня, как у всех, нынче есть свой e-mail,нынче есть, как у каждой собаки, мобила.Но кто письма писал, тот теперь онемел,и ушел, кто звонил и кого я любила.И уходит день за день земля из-под ног,мои дети уходят — свои и чужие.Только вскрикнешь по-бабьи: «Куда ты, сынок?..»А они всё идут — все такие большие.Даже буквы срываются нынче с листаи летят, словно клин, а потом — словно точка…Я стою на ветру, я совсем сирота,одиночка ли мать, капитанская ль дочка,хоть горшком назови, хоть совком — не боюсь:я как мертвый, который не ведает сраму.…А ночами мне снится Советский Союз, тот, где мама моя моет вечную раму.<p>«Я б уходящим потеряла счет…»</p>Я б уходящим потеряла счет,когда бы всех и каждого считала…А в жилах кровь по-прежнему течет,но кажется, совсем осталось мало.…Я почему-то не машу им вслед:то нет платка, то нет руки свободной,а то меня во всем народе нет —смешно сказать: меня-то,всенародной.<p>«Ей, казалось бы, так повезло…»</p>Ей, казалось бы, так повезло,этой глупенькой бабочке в храме!А она отдохнула на рамеи опять стала биться в стекло.И чего ей не нравится тут,где не слышен ни грохот, ни скрежет,не стреляют, не ловят, не режут —ставят свечки себе да поют?И чего она рвется туда,где и листья давно облетелии — моргнуть не успеешь — метели,а в канале застыла вода?А ведь бьется, на ладан дыша,словно там у ней малые дети!Уж не так ли об твердь на том светематеринская бьется душа?<p>В Степанакертском музее</p>На стенах — фотографии убитых,в витринах — пули, сумки, фляжки — быт их,и мама-Галя, наш экскурсовод,нам говорит про маленький народи про одну его большую душу,про танки, «грады», вертолеты, Шушу…Такая уж досталась ей работа.— А этот? — Был у матери один, —ее рука скользит от фото к фото.— А эти? — Братья.— А вон тот? — Мой сын…<p>«Тот грузин, на рынке продавец…»</p>
