— Я убил его не за то, что они сделали с вами, а за то, что он не сообщил мне, когда получил приказ от моего сына на похищение, — жутковато улыбнулся он, — У моего сына не было права приказывать им это, и старшему их группы следовало связаться со мной, и получить подтверждение, но он этого делать не стал, за что и поплатился. С вами ничего непоправимого не случилось, а потому, я думаю, мой сын уже достаточно наказан…
Тут дверь подвала распахнулась, в неё кубарем влетел тот тип, которого отправили мне за врачом, и в дверь вошёл мой отец, а из-за его спины стали разбегаться по подвалу люди в бронежилетах, и с автоматами в руках, беря всех присутствующих под прицел.
— Господин Таканашито, прикажите вашим людям опустить оружие, — рыкнул он, холодно глядя на главу якудза, и не обращая внимание на обращённые в его сторону стволы пистолетов, которые успели выхватить почти все, кто тут был, — Давайте избежим ненужных жертв.
— Опустите оружие! — раздражённо скомандовал якудза своим людям, и они нехотя послушались, — Господин Кушито, рад видеть вас у себя в гостях, даже при том, что повод для встречи весьма неприятный. Впрочем, уверяю вас, я уже разобрался в ситуации, и вашему сыну ничего не угрожало. Мой сын действовал без моего ведома, совершая это покушение, за что будет наказан, как и все те, кто помогал ему. Как вы можете видеть, ваш сын в полном порядке, — показал он на меня рукой.
— Ты как себя чувствуешь, сын? — мрачно поинтересовался отец у меня, разглядывая мою заблёванную одежду, и капли крови на ней.
— Так себе, — поморщился я, хватаясь за затылок, из которого всё ещё сочилась кровь, и продемонстрировал ему окровавленную ладонь, — Мне в больницу бы… Затылок разбит, и, похоже, сотрясение… Вон тот, кстати, не с ними, и пытался мне помочь, — показал я на Кагу.
Отец только молча кивнул на это, махнул рукой в его сторону, и стоявший напротив него боец опустил автомат.
— Разумеется, мы готовы выплатить компенсацию за доставленное вашему сыну неудобство, — явно нервничая, предложил Таканашито, а в руке отца вдруг неизвестно откуда появился пистолет, грохнул выстрел, и главу якудза откинуло назад. И тут же раздался грохот автоматных очередей, в замкнутом помещении звучавших так оглушительно, что аж в ушах зазвенело, и через несколько секунд всё стихло…
— Пойдём отсюда, — буркнул отец, разворачиваясь, и я поспешил за ним, стараясь не смотреть по сторонам. Такого развития событий, я, прямо скажем, не ожидал.
Отец кивнул замершему у стене Каге, и тот присоединился к нам на негнущихся ногах. Мы прошли через дом, по которому то и дело сновали из комнаты в комнату люди в бронежилетах, и вышли на улицу.
— Господин Кушито… Во-первых, спасибо, что оставили меня в живых, — выдавил из себя Кага, ослабив на шее галстук, — А во-вторых, вы же понимаете, что, совершив подобное, вы вступаете в войну со всем кланами якудза Японии?
— Не за что, — буркнул отец, — И нет, не вступаю. Насколько я знаю, вы, господин Тодоши, в хороших отношениях с кланом Икеда? Вот и езжайте отсюда сразу к ним, и сообщите, что клан Таканашито нарушил соглашение с корпорацией Сони Груп, согласно которому якудза не должны трогать сотрудников высшего начальственного состава корпорации и членов их семей, за что и были наказаны. Сейчас мои люди закончат тут зачистку, и, если Икеда поторопятся, они вполне могут успеть единолично забрать себе все активы Таканашито.
— Что ж… В таком случае, вы и правда были в своём праве, — поспешно согласился тот, — Сейчас же выполню вашу просьбу, — он суетливо нам поклонился, и поспешил к стоявшей чуть в стороне от дома синей тойоте, мысленно хваля Ками и всех остальных богов, которые есть в этом мире, что каким-то чудом, не иначе, додумался заглянуть в подвал, проверить, кого там привёз недоумок Таканашито младший, и попытался заступиться за подростка. А ещё прикидывал, как отблагодарят его Икеда за такую новость. Шутка ли, вся зона влияния Таканашито им перейдёт.
Если бы он знал, что прямо сейчас за домом и им самим наблюдает из машины глава клана Инагава, опоздавший на встречу с Таканашито, то, возможно, его радость была бы не столь сильной…
— Спасибо, и… Зачем? Зачем их всех нужно было убивать из-за одного придурка? — только и смог выдавить из себя я, когда мы сели с отцом в машину, и поехали домой, — Его отец не знал об этом, и уже даже успел извиниться передо мной. Не слишком ли это жестоко?
