А через три года осенью, уже в Ростове, на левом берегу Дона, недалеко от кафе «Наири», нашли труп семнадцатилетней учащейся профессионально-технического училища Ларисы Т-о. По заключению судебно-медицинской экспертизы, у нее отмечены множественные повреждения — кровоподтеки, ссадины. Сосок молочной железы отсечен зубами человека. И другие повреждения свидетельствовали о том, что действовал здесь какой-то живодер, буквально растерзавший свою жертву.
Прокуратура Кировского района Ростова-на-Дону тогда восстановила многие подробности последних дней этой, так печально закончившейся молодой жизни. В полном согласии с тогдашней практикой, подростков училища, где занималась Лариса, по разнарядке «сверху» направили на помощь в уборке урожая совхозу «Кировский» Мартыновского района. В сентябре уже ночи холодные, и Лариса поехала домой к родителям в совхоз «Целинский» Целинского района за теплой одеждой. Утром домашние посадили ее на рейсовый автобус, шедший в Ростов. Следствие, устанавливавшее каждый ее шаг, потеряло след на главной улице Ростова у городской библиотеки имени Горького. Я потом прошел оттуда до училища — места сбора для выезда на работу — с шагомером и оказалось: ей оставалось сделать всего 1105 шагов. Если бы она прошла их, сегодня, наверное, имела бы уже большого ребенка. Но почему-то повернула вправо, ровно на девяносто градусов, и сделала сколько-то шагов, только… в небытие…
Убийцу не нашли, производство по делу «за неустановлением виновного было приостановлено».
Почти через год из станицы Заплавской в поселок Донской в магазин за продуктами направилась двенадцатилетняя Люба Б-к. Это было ее постоянной обязанностью. Человек, с нашими порядками не знакомый, удивится, почему бы не купить все в местном магазине. Но мы-то знаем, что это в поселок городского типа какие-то товары привозят по линии госторговли, и они дешевле, а в станицу потребкооперация привозит мало да дорого. Вот и едет девчонка Бог знает куда одна. А в станицу автобус когда идет, а когда и нет его. На этот раз пошла пешком… И не вернулась. Через полмесяца нашли ее в лесополосе. Судебно-медицинская экспертиза обнаружила 22 колото-резаных повреждения костей свода и лицевой части черепа, пять из которых в левой височной области, четыре проникают в обе глазничные полости. Две колото-резаные раны на шее справа, четыре повреждения с обеих сторон на боковых поверхностях грудной клетки… Было лето 1982 года.
Преступление расследовалось прокуратурой Октябрьского сельского района, учтено статистикой, все подробности убийства соответствующие службы описали, пополнили картотеку, чтобы когда-нибудь и эта смерть помогла сохранить жизни…
Убийцу и на этот раз не нашли. Первые жертвы еще не выбивались из разряда одиночных в системные. Но в 1982 и в 1983 годах их число росло, были они такими же страшными, хотя, бывают ли «нестрашными» преступления? Пощажу себя и других от леденящих сердце подробностей, отмечу только: уже нельзя было не обратить внимания на «почерк», детали которого начинали о многом говорить. Останки Иры Д-вой, Игоря Г-ва, найденные позже тех, о которых только что рассказал, будто взывали к экспертам и следователям: «Посмотрите внимательно! Разве мог такое сделать нормальный?!» Участники расследований задавали себе тот же вопрос.
В ходе оперативно-розыскных мероприятий в этом уникальном деле чрезвычайно часто выявлялись такие невероятные стечения обстоятельств, совпадения, неожиданные повороты, случайности, даже какие-то мистические явления, которые позволяют назвать дело чуть ли не сатанинским. Но если уж говорить о реальности, то уже рождалось, укреплялось в сознании следователей убеждение в «серийности» убийств, автор которых недочеловек. Не может такое сотворить нормальный…
В этот момент и случилось одно из совпадений: в троллейбусном депо произошло обычное в условиях беспредельной бесхозяйственности происшествие. Работники милиции задержали парня, который пытался… угнать троллейбус. Им оказался Виктор Шабуров — воспитанник Первомайского дома-интерната для умственно отсталых детей, психически больной. Какой с него спрос?
Но когда составляли протокол задержания, он признался еще в одном: его товарищ по интернату, Юрий Каленик, как-то угнал частную машину, и они на ней катались, потом бросили. Проверили. Действительно, был такой угон. Стали «копать» дальше, задержали Каленика. Последовало новое признание: еще, дескать, мальчика, девочку убивали. На категорию психически больных, как на возможных преступников, указывали специалисты.
Последовали подробности… В следственный изолятор попали Юрий Каленик и Леонид Туров. Вслед за ними из того же интерната для умственно отсталых перекочевали Леонид Коржов и Михаил Тяпкин… Добавился демобилизованный из армии с диагнозом «шизофрения» Владимир Фоминов. Они то подтверждали свои показания, то отказывались от них…
