– Да, – протянул Глеб Александрович. – Впрочем, это не секрет. А в чем, собственно, дело и не желаете ли вы, наконец, представиться, чтобы я понял, с кем говорю. Вы из полиции? Или просто ревнивый ухажер Давыдовой? Только прошу, давайте сразу начистоту.
– Я Иосиф Афанасьевич Кудря. К полиции не имею никакого отношения. А уж тем более в списке ухажеров Аглаи Денисовны не состоял никогда. Дело в том, что именно в тот злополучный вечер жестоким образом кто-то расправился с моим лучшим другом.
– О боже! – перекрестился Курасов. – Уж не подозреваете ли вы меня в этом преступлении? И какое отношение я могу иметь к вашему другу?
– Честно говоря, уже нет. Но, сказать по правде, пока ехал сюда, были такие сомнения.
Кудря рассказал, что знал по делу об исчезновении Краснова. Без особых деталей поведал о том, как они с Софой, Костей и прорабом со стройки нашли там останки Василия.
Курасов не перебивал. Только подливал в процессе рассказа чай. Он видел, как тяжело даются Кудре эти воспоминания.
– Мне очень жаль, соболезную вашему горю, – вздохнул Глеб Александрович. – Но все же не понимаю, чем я могу помочь вам.
– Василию давно нравилась Аглая. Он решил, что вы новый ухажер Давыдовой. Увидел в вас соперника. Хотя она никогда не отвечала Краснову даже взаимностью, он все же не терял надежду. Понимаете, Вася был влюблен в нее. Да, несмотря на свой не юный возраст, он потерял голову от любви. Только об Аглае и говорил. Сам предпринимал попытки к сближению. Приглашал даму на свидание. Но зачастую получал отказ. Когда случайным образом узнал, что вы пригласили Давыдову в ресторан, а она согласилась, покой ему стал только сниться. Ревность совсем его измотала. Ничего лучше не придумав, именно в этот день он отправился следить за вами.
– Но я никого не заметил, – пожал плечами Курасов. – Мне даже в голову не пришло, что такое возможно. Просто не обращал внимания на окружающих.
Кудря вздохнул и потер лоб.
– Он однозначно должен был за вами следить. А вот что случилось после? В какой момент он повстречался с преступником? Если исходить из того, что мальчишки в соседнем дворе видели его с женщиной. Время зафиксировано на видео, что снимали мальцы. Вы в этот момент уже должны были быть дома и помогать Светлане Васильевне, как рассказывала Зина.
– Да, получается, что у меня на этот вечер алиби. Могут подтвердить и сотрудники скорой помощи, и сама Светлана.
– Неужели вы совсем не заметили, что за вами едет машина?
– Нет! Мы с Аглаей Денисовной спокойно зашли в ресторан. Посидели за столиком. Официант принес меню. Заказали десерты и кофе. Только успели попробовать пирожные, как позвонила Зина. В слезах просила приехать домой. Ее охватила настоящая паника. Светлана поскользнулась и упала. Лежала в коридоре и стонала от боли. А Зиночка переживала, что не может помочь женщине встать. К тому же вы сами видели, как передвигается девочка. Это обстоятельство накладывает свой отпечаток на психологическое восприятие действительности у ребенка. У нее большие комплексы. Конечно, мы стараемся сделать все возможное, чтобы помочь ребенку. Вот, собираемся перебраться к родственникам за границу. Надеемся, что там смогут поднять на ноги девочку. Я даже на языковые курсы к Аглае записался. Хотел, чтобы по приезде в чужую страну смог мало-мальски понимать местную речь.
– А что было дальше? После того, как Зина вам позвонила. Вы просто уехали из ресторана?
– Да. Мне было жутко неудобно перед Давыдовой. Но у меня просто не было другого выхода. Я объяснял ей, как мог. Однако дама рассердилась на меня. Мы немного повздорили.
Кудря удивленно округлил глаза.
– Ее обида заключалась в том, что я не мог сам отвезти ее домой. Видите ли, она еще старой закалки женщина. По ее представлениям, хорошо воспитанный кавалер должен проводить спутницу до дома. Но в моем случае я просто не располагал таким количеством времени. Конечно, я закрыл счет полностью в ресторане. И даже предложил вызвать и оплатить такси для Аглаи Денисовны. Но она отчего-то стала разговаривать со мной на повышенных тонах. Отказалась от услуг водителя. Стала обвинять меня во всех смертных грехах. В конечном счете она сказала, что вечер считает безнадежно испорченным. Получилось не очень красиво с моей стороны, конечно. На следующий день я решил загладить свою вину. Не хотелось уезжать за границу с чувством, что обидел хорошего человека. Заказал букет цветов. Оформил доставку на адрес Аглаи Денисовны. Курьер отзвонился и сообщил, что вручил розы. Знаете, я выдохнул. Сразу стало легче. Звонить и уточнять, что именно сейчас про меня думает Давыдова, я не стал. Да и к тому же нас не связывали какие-то романтические отношения. Она просто преподавала мне курс иностранного языка.
– А куда она планировала идти дальше, не говорила?
– Нет. Расстались мы в тот вечер не самым лучшим образом. Она и не стала делиться планами. Когда я уходил, Аглая оставалась еще в ресторане. Я заказал для нее еще десерт. А почему бы вам не спросить ее саму об этом?
