Вера встретила дочь, вытирающую слёзы, и спросила о причине происходящего. Девочка выложила матери всё: о друге Василии, об умершей учительнице и отменённых уроках, о мороженом, о той женщине, что каталась в машине отца.
— Та женщина, она молодая, красивая. Почему папа возит её на твоем сидении?
— Видимо она его сотрудница, с которой они ездили по делам. По работе часто приходится общаться с разными людьми, — объясняла ей Вера. — Я поговорю с папой в отношении твоего друга.
Павел негодовал. Его дочь валандается с каким-то парнем, да еще по имени Василий. Ненавистное имя затмевало его логику.
Не откладывая разговора надолго, было неизвестно придет ли вообще домой Павел во время, Вера отправилась к нему в офис. Он как-то показывал ей из окна машины где он располагается. Поймала такси и вышла на углу. Решила пройтись немного пешком. Она шла тихонько, опустив голову и глядя под ноги. Какая-то смутная тревога проникла как вор в ее душу и беспокоила неясными мыслями, предчувствиями.
— Вера, — услышала она знакомый голос и подняв голову увидела перед собой Василия.
— Здравствуй, — обрадовался он.
— Здравствуй, — ответила она.
Они стояли посреди тротуара и смотрели друг на друга, как будто впервые встретились и теперь не хотели разойтись по своим делам.
— Я шёл и вдруг увидел тебя…
— Я задумалась и не заметила…
— Как ты живешь?
— Нормально, — ответила она. — Не очень, — поправилась Вера.
— Почему?
— Ответа на этот вопрос у меня нет.
— Пройдёмся?
— Да. Можно поговорить, я давно тебя не видела.
— Я тебя иногда вижу, когда ты с дочкой едешь домой или в школу.
— Как мама, отец?
— Отлично, — ответил Василий.
Он не сказал ей, что его родители до сих пор на неё в обиде за сына. Они шли и не замечали куда идут. Вере вдруг показалось, что вся её новая жизнь — сплошная ложь. Нет у нее настоящей семьи, нет теплоты, надёжности, верности. Её замужество, сплошная иллюзия, представление на сцене в виде спектакля, который затянулся и никак не закончится. Всё это промелькнуло у нее в голове и не было выражено словами. Василий понял одно, все эти годы пошли прочь при первой же встрече с ней, той единственной, которая сейчас смущена и ей явно не безразлична их встреча.
— Ты что здесь делаешь? — раздался голос Павла.
Он схватил жену за руку и, не поздоровавшись с Василием, потащил её в двери своего офиса, откуда в окна наблюдали его сотрудники.
Вера и Василий совсем незаметно подошли к его офису и теперь приятная неожиданность превратилась в скандал.
— Мало того, что я застаю дочь на улице с мальчишкой по имени Василий. Через два часа я обнаруживаю жену в обществе еще одного Василия. Ты специально пришла ко мне под окна, чтобы я удостоверился в неверности собственной супруги?
— Судишь по себе? Морочишь голову мне и той молодой, что разъезжает с тобой в машине?
— Не переводи разговор на меня. То, что можно мужчине, не положено замужней женщине.
— А я не знала, что существует особая нравственность для мужчин и женщин.
Звонкая пощечина раздалась в коридоре и Вера с красной щекой и нахлынувшими слезами выскочила на улицу.
— Нет, негодяйка, ты не уйдешь от разговора.
— Люди смотрят, стыдно. Ты взрослый человек, а ведёшь себя как распоясавшийся дебошир.
— Тебе надо было держаться за паиньку мужа. Зачем выходила за меня? Заморочила голову, а теперь ищешь пути назад…
— Ненормальный, — сказала Вера вгорячах и потом пожалела об этом.
— Ненормальный, говоришь? Да, ты выпила из меня всю кровь и сделала посмешищем знакомых. Я унижался как раб, а теперь ты снова крутишь хвостом. Шлюха! Шлюха! — кричал он посреди тротуара и прохожие останавливались, чтобы поглазеть на сцену, похожую на предварительную перед большой потасовкой.
Вера прибавила шагу и почти бежала, он мчался следом. И тогда она, обернувшись с размаха влепила ему одну, вторую оплеуху и это немедленно отрезвило его. Он вдруг резко повернулся и направился назад в офис.
— Какой стыд, — думала она. — А если все это видел Василий?
Ей почему-то больше всего не хотелось предстать перед ним в неприглядном виде. Она дошла до первой попавшейся скамейки и присела, чтобы немного придти в себя.
— Ненавижу, ненавижу, мерзкого, гадкого…
Мысли путались от бессилия, что-либо предпринять. Не может же она вот так просто уйти из дома Павла.
— Куда? К родителям?
Вера представила насмешки матери и грусть отца по поводу её неудавшейся жизни.
— Нет, голубушка, — сказала она себе самой. — Это был твой выбор. Есть дочь, которую он любит больше жизни и она ему отвечает тем же. — Значит иди домой и хорошо подумай над случившемся. Может быть надо просто избегать подобных инцидентов.
Домой она пришла нескоро. Любовь Ивановна ждала её прихода, ей нужно было уходить, а девочку оставить не с кем. Она не рассуждала по поводу отсутствия Веры и не желала быть втянутой в их проблемы.
— Пусть сами разбираются в своей жизни, а меня ждёт любимый.
